Рассвет Заратустры

Ценность «внутреннего Я» не принималась во внимание философами до Шопенгауэра, который, разочаровавшись в гегельянстве, стал пессимистом. Тем, кто посвятил индивидуализму свои благородные произведения, был Ницше, основатель «философии жизни».

Его самая знаменитая книга — «Так говорил Заратустра» — (1883—1885) была первой в направлении, вновь открытом в XX в. Штирнером и Кьеркегором.

Поверхностное представление об идеях Ницше определило его как теоретика воли к власти и сверхчеловека. Его истолковывали и как апостола силы и жестокости, и как нигилиста, отвергающего европейскую культуру, и как философа, «гармонично» объединившего эллинизм и христианство. Французские критики приписывали ему влияние на мышление Гитлера,

726

Мир ценностей

727

делали из него идеолога нацизма, а его сверхчеловека отождествляли с нацистами, причислявшими себя к «высшей расе», предназначенной управлять всеми народами Земли. Нет ничего более ошибочного, чем такая интерпретация. Гитлеровская пропаганда действительно использовала многие философские доктрины, фальсифицируя их и подгоняя под свою идеологию. Но ни один образованный человек не скажет, что произведения Ницше реакционны и направлены против немецкой культуры. Когда он был студентом в Бонне и в Лейпциге (1864— 1869 гг.) основное внимание уделялось истории и философии, которые сурово критиковал Шопенгауэр. Успех Гегеля, писал он в 1841 г., открыл «эру недобросовестности», интеллигентской безответственности. Ницше довольно рано занял позицию против филистерской культуры. Он отверг не только Гегеля, но и философский историзм и бюрократию прусского государства. Как и Шопенгауэр, он восхищался французскими моралистами (особенно Паскалем) и авторами XVIII века. Большую часть жизни он провел вне Германии: в Швейцарии, где преподавал с 1869-го по 1878 г., затем с 1879-го по 1889 г. во Франции и в Италии. Он вернулся в Германию из-за психического расстройства, чтобы провести в одиночестве последние десять лет жизни. Страстные книги, написанные им между 1879-м и 1889 г., развивали темы, окончательно завершенные в «Так говорил Заратустра». Отказавшись от привычной манеры изложения, он предпочитал, как и Шопенгауэр и Кьеркегор, представлять свои мысли в форме афоризмов. Тем же стилем пользовались французские моралисты XVII—XVIII вв. Из всех немецких авторов Ницше был, без сомнения, наименее германизированным.

* * *

Страдания, на которых покоится современная культура, являются знаком ее упадка. Это символически резюмирует формула «Бог умер». Вот так, например, пророк Заратустра, спустившись с гор, говорит о государстве:

«Кое-где существуют еще народы и племена, однако это не у нас, мои братья: у нас есть государства. Государство? Что это такое? Итак, слушайте меня, я хочу вам сказать свое слово о

Роже Каратшш

гибели народов. Государством называется самое холодное из всех холодных чудовищ. Оно холодно лжет. И эта ложь ползет из уст его: «Я есмь государство, есмь народ». Но это ложь! Создателями были те, кто создал народы, и те, кто дали им веру и любовь, таким образом, они служили жизни. Разрушители — это те, кто расставляет ловушки для многих и кто называет это государством, они размещают над их головами меч и навязали им сотню желаний.

Повсюду, где еще существует народ, не понимает он государство и ненавидит его, как дурной глаз и нарушение обычаев и прав».

Для того чтобы спасти человека, необходимо порвать с прошлым, «разбить скрижали ценностей»:

«Сманить многих из стада — для этого пришел я. Негодовать будут на меня народ и стадо: разбойником хочет называться За-ратустра у пастухов».

В работе «По ту сторону добра и зла» (1886 г.) Ницше показал, как развивается то, что он называет «европейским нигилизмом», рисуя критическим пером портреты создателей традиционных ценностей: философов; адвокатов с их предрассудками, которые они называют «истинами»; «свободных умов» («О Вольтер, о гуманизм, о глупость!»); христиан, которые обнимают Новый Завет — «этот памятник в стиле рококо иудейскому Ветхому Завету», оставленному в качестве реванша; «объятых ужасом и почтением» ученых; добродетельных моралистов — «порядочных и дородных чемпионов посредственности»; патриотов и националистов всех мастей (начиная с немцев, которые у Ницше выглядят «то, как антифранцузский глупец, то как антисемит или антиполяк, или романтик-христианин, или вагнеровец, или тевтонец, или пруссак...», а также тех, которые сами себя называют аристократами. Относительно истории морали Ницше сделал вывод, что все нравственные правила жизни сводятся к двум типам, которые связаны между собой, — это мораль хозяев и мораль рабов. Первый тип расцветает в обществе, где доминирующий класс ассоциируется с властью и рассматривает себя как высший по отношению к другим. Оппозиция здравая/злобная является эквивалентом благородным/ достойным презрения, а фундаментальными ценностями являются вера в себя, гордость, презрение к состраданию, почитанию предков и традициям. В подобной морали имеется дол

728

Мир ценностей

729

женствование, не только относительно своего эго, но его используют в отношении других. Моральные ценности рабов, напротив, включают скептицизм, подозрительность по отношению ко всему, что является добродетелью для властей предержащих, а также альтруизм, сострадание, терпение, смирение, приветливость, общую воспитанность и поведение, которое помогает вынести тяготы жизни и испытания. Оппозиция здравая/злобная является в этой морали эквивалентом оппозиции бесстрашия/страха: в первой опасаются зла, во второй — «хороший человек должен быть таким во всем», и, следовательно, ему и его нечего опасаться. Уважение традиций в ней исходит от свободолюбия и инстинкта благополучия.

Следовательно, ни наука, для которой все концепции являются неубедительными, ни философия, ни религия, ни мораль, которая является не чем иным, как «дерзкой фальсификацией, без которой мы не сможем получить никакого удовольствия нашей душе», не спасет нас от падения. Для того чтобы спастись, необходимо избавиться ото всех искаженных ценностей:

«Ложные ценности и слова безумия: это — худшие чудовища для смертных, — долго дремлет и ждет в них судьба.

Но наконец она наступает, пробуждается и пожирает все, что строило на ней жилище свое.

О, посмотрите же на эти сооружения, которые возвели себе святые отцы! Церквами они называют свои благоухающие пещеры...

Лучшие песни должны бы они мне петь, чтобы научился я верить их избавителю: избавленными должны бы выглядеть его ученики!»

Необходимо пройти «по ту сторону добра и зла», чтобы опередить человечество и найти Сверхчеловека, предсказанного Заратустрой:

«Бог умер: мы хотим теперь, чтобы жил Сверхчеловек!» (глава «О высшем человеке»).

Этот Сверхчеловек будущего является не последним из людей (он только пища мелкой буржуазии, которая исключила любой риск, радуясь скромному благополучию, «подмигивающему глазом»), а новым человеком, который утверждает волю к

Роже Каротини

жизни вдохновением и созиданием. Жизнь расцветает только тогда, когда она находится под угрозой: и тогда она становится волей возможности:

«Чужды мне и смешны современники; к ним еще недавно влекло меня сердце; и изгнан я из страны моих отцов и матерей.

Так что люблю я только страну моих детей, неоткрытую, лежащую в самых далеких морях; и пусть ищут и ищут ее мои корабли.

Своими детьми хочу я искупить то, что я сын своих отцов; и всем будущим — это настоящее!».

Поэма о Заратустре — рассказ о риске, который вынудили другие цивилизации («человечества, сверхчеловечества») бежать к явившемуся Сверхчеловеку. Очень серьезный риск — это тот, что породил пессимизм Шопенгауэра, — риск бесполезности сражения, относящийся к мифу о вечном возвращении. Эта тема в философии не новая. Напомним об учении ор-фиков и упомянем о доктрине «возвращения» неаполитанца Дж.Вико (1668—1744), который был выдающимся мыслителем своего времени по социальным вопросам. Главным произведением Вико является «Основание новой науки» (1725 г.). Эта книга содержит в зародыше практически все темы, разрабатываемые гуманитарными науками в течение двух веков (климатология, социология, религиоведение, мифология, языкознание, философия, искусствознание и т. д.) Вико завершает свой труд широким циклическим видением истории человечества, опередив на сто лет гегелевскую диалектику, он показывает три стадии цивилизации (век мифических богов, век героев и силы; век людей, или век свободной цивилизации), пройдя которые цикл вновь возобновляется. Теория Вико заложила фундамент современной антропологии, будучи принятой такими умудренными и авторитетными авторами, как Кант, Гете, Гегель, Конт и Мишле. Она оказала сильное влияние на Джойса. Ницше в своем «Заратустре» принимает миф о вечном возвращении, в котором видит утверждение воли могущества, поскольку этот миф принадлежит тому же типу трансформации ценностей: он принимает его с ликованием — как чистое оправдание желания жить.

730

Мир ценностей

731

Другой риск порожден «высшими людьми», которые описаны в четвертой части «Заратустры» (главы «Крик о помощи», «Пиявка», «Чародей» и т. д.). Это, прежде всего, «провозвестник великой усталости», который учит:

«Все одинаково, не стоит ничего делать, в мире нет смысла, знание душит».

Затем придет тот, кто представляется как «совестливый духом», чья интеллектуальная порядочность заставляет познать предмет и игнорировать все другое и кто предпочитает полумеры. За ним следует тот, кто хочет искупить неведомо какую ошибку и ищет любовь в страдании. Заратустра его принимает за чародея, скомороха, обманщика и оставляет на волю судьбы (намек на разрыв с Вагнером), чтобы встретить «самого безобразного человека», того, кто убил Бога. Безобразный так объясняет свое преступление:

«Он (Бог) видел всегда меня: такому свидетелю хотел я отомстить — или самому не жить.

Бог, который все видел, не исключая ичеловека: этот Бог должен был умереть! Человек не выносит, чтобы такой свидетель жил!»

Заратустра встречает затем добровольного нищего, который стесняется богатства и богатых и находит пристанище у бедных для того, чтобы отдать им свое богатство и свое сердце. Однако бедняки его отталкивают, и «он кончает тем, что идет к животным, к своим коровам». Последний «высший человек», который испытывает Заратустру, — это его тень. Тот, кто следует за ним, ниспровергнув всех идолов, потеряв веру в признанные ценности, и спрашивает у пророка: «Где мое жилище?» Но Заратустра не останавливается, он бежит и бежит, пока не остается один. «Он живет один и только и делает, что ищет самого себя», поскольку понял, что более не является там сверхчеловеком:

«О высшие люди, не думаете ли вы, что я здесь для того, чтобы исправить то, что сделали вы дурного?

Или что хочу я отныне удобнее уложить вас, страдающих? Или указать вам, беспокойным, сбившимся с пути и потерявшимся в горах, новые, более удобные тропинки?

Роже Каротини

Нет! нет! трижды нет! Все больше все лучшие из рода вашего должны гибнуть, — ибо вам должно становиться все хуже и жестче. Ибо только этим путем — только этим путем вырастает человек до т о й высоты, где молния поражает и убивает его: достаточно высоко для молнии!»

Ницше, как и его герой, для того чтобы окончательно освободиться от противостояния добра и зла и продолжить жить в реализации своей мужественности, осуществляет свое созидание и наслаждение от самосозидания в уединении, избавившись от всех видов внимания к другому, каковыми являются сострадание, любовь к ближнему или единомыслие. Как в последних строках поэмы «Заратустра»:

«Мое страдание и мое сострадание — ну что ж! Разве к счастью стремлюсь я? Я ищу своего дела!

И вот! Лев пришел, мои дети близко, Заратустра созрел, мой час пришел:

— Вот мой утренний рассвет, брезжит мой день, давай подымайся, восходи, о великий полдень!»

<< |
Источник: Каратини Р. Введение в философию. — М.: Изд-во Эксмо, 2003. — 736 с. 2003

Еще по теме Рассвет Заратустры:

  1. Рассвет понимания
  2. ФИЗИКИ И ЛИРИКИ
  3. НАПАДЕНИЕ НА ПОЛЬШУ
  4. Тема 6 ДИНАМИКА КУЛЬТУРЫ
  5. ГЛАВА 6 От Конфуция до империи
  6. §281. Сухраварди и мистическое учение Света
  7. §274. Исмаилизм и прославление имама; Великое Воскресенье; Махди
  8. § 1. НАЧАЛЬНЫЙ ПЕРИОД ВОЙНЫ. 1941-1942
  9. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
  10. Домостроительный комбинат
  11. УТРЕННЯЯ ЗВЕЗДА — ЭТО ПЛАНЕТА?
  12. Конец войны. План высадки на Зеланд
  13. НАПАДЕНИЕ НА СССР
  14. Глава 37
  15. §149. «Просветление». Предсказание Закона
  16. НА МИРНОЙ СЛУЖБЕ
  17. 3.1. ТАКТОВИК
  18. ВОСХИЩЕНИЕ ПРОСТЫМИ ВЕЩАМИ
  19. ВНЕЗАПНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ