Задать вопрос юристу

Предисловие

Я все еще помню те обряды инициации — посвящения в культуру, которым я был подвергнут, как и все мои ровесники — сначала дети, а затем подростки.

Первым из них был «диктант» с совершенно фантастическим требованием не сделать ни одной ошибки, и он сопровождался жутким страхом предстать перед всеми «полным нулем».

Затем было «сочинение» или «изложение»: перед нами стояла задача описать, к примеру, школьные каникулы, поездку в лес или на море и подготовку к ней, игру в снежки и т. п. Через год или два нас подвергли новой пытке — мы должны были сочинить «рассказ». От нас постоянно требовали: «Расскажите о каком-нибудь забавном, или ярком, красочном, или очень важном событии, участником которого вы были».

Но все это не шло ни в какое сравнение с таинственным действом, называвшимся «сочинением», когда ты был обязан определить роль страсти в сочинениях Расина и Корнеля, изложить суть морали басен Лафонтена, объяснить, как ощущал природу Ламартин или обличал лицемерие Мольер.

Наконец, мы покончили со всеми этими все усложнявшимися экзерсисами, научившись сначала писать, а затем размышлять над тем, как же писали и размышляли те, кого называют «классиками», проникшись их чувствами, страданиями и любовью к человечеству. И тогда мы с ужасом осознали, что следующим этапом нашего «посвящения» будет жестокое, но неотвратимое испытание с древним названием «философская диссертация»1. И с первыми осенними туманами мы получили первую тему «диссер

Во французских лицеях и др. средних учебных заведениях «диссертацией» называется самостоятельная письменная работа над определенной темой. В российских средних учебных заведениях ей соответствует «сочинение», или «реферат». — Прим. пер.

9

Роже Карантини

гпации». Она нас буквально сразила: «Кто такой философ? Чем для вас является философия ?» Известный ответ, гласящий, что философ — это мудрец, казался исчерпывающим, но мало что объяснял. Однако кое-какие ориентиры мы нащупали: если философ — это тот, кто занят поиском мудрости, то никакой другой цели он не может иметь, его не должны занимать ни обычные человеческие ценности, вроде достижения всеобщего мира, ни какие-то другие, хоть и великие, задачи человечества. Бороться против существующего в мире зла, голода, расизма, всевозможных диктатур, нищеты — вряд ли это означало быть философом.

Но что же в таком случае является мудростью ?

В переводе с греческого «софия» — это мудрость, означающая знание во всех его возможных формах. Философия — это некое всеобъемлющее любопытство, которое приводит к познанию и пониманию человека и действительности как единого целого. И это знание способствует формированию определенного образа жизни, в мире с другими, на основе реально существующей морали, или, как чаще говорят, этики.

Всякое знание может быть представлено в виде системы понятий. Скажем, для физика в качестве понятий выступают «частица», «масса», «взаимодействие», «энергия» и т. п., а система, которая включает эти понятия, объясняет их и их отношения между собой, называется теорией, например, теория относительности или теория квантовой физики. Соответственно существуют и системы знаний биологии, астрофизики, геологии и других наук.

Философское знание является наиболее общим, выходящим за пределы частных знаний (и тем более — всех практических знаний).

Заниматься философией — значит создавать наиболее общие понятия и составлять из них такую систему, которая выражала бы все частные знания, всеобщую реальность, включая наше бытие и наше предназначение. С этой точки зрения философское знание похоже на религиозное: утверждать, что Вселенная — это Божественное творение, а человек создан по образу и подобию Божьему, — это значит излагать суть одной из философских систем, а именно — теологии.

Однако надо заметить, что философское знание отличается от теологического прежде всего своим происхождением. Для теолога его знание снисходит с небес и является неизменным и абсолютным, это знание-откровение; тогда как для философа это

10

Предисловие

знание является причинно обусловленным и потому не является откровением, ниспосланным ему извне. Однако эти два знания — теологическое и философское — иногда могут соединяться (например, августинизм, томизм, доктрина Малъбранша основаны на христианской теологии). Впрочем, это означает, что философия, как и религии, не может бесконечно обновляться. В течение 2600 лет существования западная философия дала миру не более двадцати основных систем, которые раздробились на сотни частных систем — подобно трем великим религиям, составившим три системы, из которых позже выделились различные церкви и секты. Вот и в философии новшества наблюдаются все реже и реже, и все меньше и меньше таких философов — создателей систем, как Платон или Декарт, — и все больше и больше толкователей, распространителей уже существующих философских систем. В Греции Vie. до н. э., если кого-то называли философом, то была почти 100-процентная вероятность, что он является создателем философской системы; но для Европы конца ХХв. существует 100-процентная вероятность, что это распространитель или разработчик ранее созданных систем. Однако в принципе и Платон, и самый скромный преподаватель философии являются «любителями мудрости»: первый — как создатель, второй — как популяризатор или толкователь философии.

* * *

Перед вами книга по философии главным образом классической. В ней излагается история философии, анализируются основные философские категории и системы. Предназначена эта книга не узким специалистам в области философии, а всем людям, ощущающим как недостаток исчезновение философской культуры, что, несомненно, связано с появлением общества массового потребления, с возникновением развитых индустриальных государств и новых информационных средств, которые ведут к деградации мысли, ее крайнему упрощению и превращению ее в информационную систему, тогда как она призвана быть объясняющей системой.

Современные оракулы — это не Сократы, Платоны и Аристотели, не Аквинаты, Декарты, Канты, Гегели и не Ницше, Хайдег-геры, Сартры, это не мыслители, мыслящие абстракциями, а экономисты, политики, главы различных объединений, всякого

11

Роже Каратини

рода вульгаризаторы. Парадокс заключается в том, что культурная революция во Франции (май 1968 г.), породившая критику философии, загнала последнюю в своеобразное гетто, из которого ей трудно выйти.

Цель этой книги — объяснить читателю основы философии, показать ее историю, познакомить его с представителями различных философских направлений.

Еще 30—40 лет тому назад сочинения такого рода вряд ли кому-нибудь понадобились: в толстых школьных учебниках излагались основные понятия (дефиниции) философии, а книги, вводящие в философию, позволяли каждому самостоятельно разбираться в многочисленных направлениях классической философии: в работах такого типа не было недостатка.

Сегодня философия, истинная философия, далекая от утилитарной озабоченности, от политики, от гуманитарных проблем и т. п., хоть и медленно, но все же возвращается и даже входит в моду. Когда я писал эту книгу, в первую очередь я думал обо всех школьниках, приступающих к изучению этой дисциплины, которая для многих может стать ключом к будущему успеху, об абитуриентах, поступающих в различные высшие учебные заведения, где изучается эта наука, и, разумеется, я не забывал и о многочисленных любителях оригинальных идей.

| >>
Источник: Каратини Р. Введение в философию. — М.: Изд-во Эксмо, 2003. — 736 с. 2003

Еще по теме Предисловие:

  1. ПРЕДИСЛОВИЕ
  2. Предисловие
  3. Предисловие
  4. ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА
  5. Предисловие издателя
  6. Новая история старой Европы (вместо предисловия)
  7. ЧАСТЬ III ПРЕДИСЛОВИЕ
  8. ПРЕДИСЛОВИЕ НАУЧНОГО РЕДАКТОРА
  9. Предисловие
  10. Предисловие
  11. Предисловие
  12. ПРЕДИСЛОВИЕ
  13. Предисловие
  14. Предисловие
  15. Предисловие
  16. Предисловие
  17. Предисловие
  18. ПРЕДИСЛОВИЕ