<<
>>

IV.Коридор действий и политическое действие: роль актеров


Успех демократической консолидации никоим образом не определяется только социально-экономическими факторами, наличием структурных проблем, международными рамочными условиями или сложным стечением обстоятельств.
Однако они закрепляют коридор действий, влияют на поведеческие предпочтения актеров и сужают спектр стратегий успешного решения проблем. При этом в решении сложной проблемы тройной трансформации в Восточной Европе важно прежде всего то, каким образом значимые политические и социальные акторы объединят друг с другом, скоординируют, упорядочат и гармонизируют отдельные области трансформационной политики [43, р. 10; 78; 80, р. 163].Экономистами и социологами были предложены два идеально-типических пути решения «проблемы одновременности». Во-первых, это «большой рывок» («big bang»), радикальная и быстрая трансформация экономики, пропагандируемая ОЭСР и гарвардским экономистом Джеффри Саксом. «Долина слез» (Дарендорф), которую нужно пройти, была бы в этом случае глубже, но короче. Остается неясным и рискованным, насколько высока соответствующая краткосрочная социальная цена и может возникнуть такой сильный политический протест, который серьезно повредит демократии. Об этом говорит число социальных отказов из-за краткости фазы трансформации. С точностью до наоборот выглядит вторая умеренная стратегия трансформации: «долина» будет менее глубокой, но зато широкой. Здесь уместен вопрос: насколько хватит терпения по отношению к «творческому разрушению» (Йозеф Шумпетер), чтобы не был поставлен под угрозу демократический порядок?
В обоих сценариях важнейшую роль играют две группы акторов: принимающие решения политические элиты и их избиратели [24, р. 173]. Их взаимодействие определяет, какая стратегия с какими возможными последствиями для демократической консолидации будет успешной. Если избиратели доверяют правительству, то может быть выбран «жесткий» вариант радикальной и стремительной экономической трансформации. План Бальцеровича 1989 — 1990 гг. и неолиберальный курс Вацлафа Клауса в Чехословакии могут служить тому примером. Однако данные опросов показывают, что доверие избирателей кданной политико-экономической стратегии по мере роста социальной цены упало [66, S. 18]. В условиях конкурентной демократии в качестве рациональной ответной меры на спад доверия политики было бы смягчение радикальной стратегии, снижение социальной цены, снятие социально-политического напряжения и медленный переход к умеренной политике реформ.
Случай с Польшей и в измененной форме венгерский опыт эмпирически подтверждают этот тезис. Хотя неолиберальная экономическая политика в Польше, начавшаяся при Бальцеровиче в 1989- 1990 гг. до заступления на пост премьер-министра от демократического союза Ханны Сухоцка и продолженная при ней, смогла доказать успех макроэкономической стабилизации, но социальный ущерб, по мнению основной части населения, был слишком велик[39, р. 121 ]. Вместо старой правительственной коалиции партий- последователей «Солидарности», поляки отдали свои голоса за посткоммунистический левый союз (SLD), бывший блок — крестьянскую партию (PSL) и социал-демократический союз труда (UP). Все три партии в предвыборной борьбе жестко высказывались против неолиберального темпа реформ и за медленный умеренный курс.
Непосредственно поеле занятия мест в правительстве они выступали за усиление роли государства в социальной и экономической политике. Заявленное намерение нового правительства заключалось а преодолении широкой «долины слез» под «усиленным конвоем» и равномерном распределении цены трансформации среди населения [38, S. 79]. Даже в Венгрии, где правое правительство умеренного толка во главе с Анталлом выбрало умеренный курс экономических реформ, социальная цена и польза данной стратегии были распределены в обществе
слишком неравно. Венгерские избиратели на выборах высказали полное недоверие правящим партиям и выбрали посткоммунистическую партию (иЭР) под руководством Джилы Хорн с абсолютным числом парламентских мандатов для ведущей правительственной партии. Разумеется, в обоих случаях остается спорным то, насколько велика будет экономическая цена новой умеренной экономической стратегии. Остается ждать, сможет ли уменьшение социальной нагрузки компенсировать возможные экономические потери в отношении демократической консолидации.
После того, как Чехословакия разделилась на Чешскую и Словацкую Республики, чешское правительство под руководством Вацлава Клауса первое время сохранило аванс доверия. Поэтому оно избавилось не только от экономических проблем региона, но и от экономико-политических споров между сторонником радикальных экономических реформ Клаусом и умеренным Мечьяром. Экономический ущерб от распада Чехословакии понесла Словацкая Республика [81, р. 80]. Уже спустя 10 месяцев после распада федерации Мечьяр должен был констатировать то, что словацкая экономика впервые за последние 30 лет находится в тяжелейшем кризисе. Конверсия оборонных предприятий осуществлялась очень медленно. Экспорт оружия продолжал снижаться. До 1993 г. словацкая сторона поставляла «полуфабрикаты» для окончательной доработки на чешских предприятиях. В общей сложности словацкая сторона «экспортировала» в Чешскую Республику треть своей продукции, вто время как чешская сторона «вывозила» в Словакию только 15 % [39, р. 122]. После распада Чехословакии в чешско-словацких торговых отношениях появились глубокие трещины. В Словакии спад производства и снижение производительности происходили быстрее, чем в Чешской Республике, в то время как уровень инфляции, безработицы и государственного долга рос быстрее.
Существует реальная возможность того, что словацкое правительство попадет под двустороннее давление и тем самым угодит в трудноразрешимый конфликт интересов. С одной стороны, давление может осуществляться со стороны все больше разочаровывающегося населения, которое торопит «Движение за демократическую Словакию» (Н205) выполнить свои предвыборные экономические и социально-политические обещания. С другой стороны, Мировой банк, МВФ и европейские финансовые институты связывают предоставление кредитов с точными заданиями бюджетной политики. Поскольку в ближайшее время удовлетворяющее обе стороны решение этой дилеммы едва ли возможно, то Н70Б и «Словацкая национальная партия» (БЫБ) смогут усилить свой националистически-популистский курс, чтобы избежать потерь избирателей или компенсировать их за счет привлечения других социальных слоев. Дальнейшее внутреннее опустошение словацкой демократии постоянно усиливалось бы тенденцией к господству чи-
стого большинства, дискриминирующего (этнические) меньшинства (прежде всего Венгрия, Рим) [81, р. 80]. Омрачение рыночных и демократических перспектив в Словацкой Республике было бы не первым следствием груза структурных проблем, а результатом повторения политической элитой прежних ошибок. 
<< | >>
Источник: В.В. Козловский, Э. Ланге, X. Харбах. СОВРЕМЕННАЯ НЕМЕЦКАЯ СОЦИОЛОГИЯ: 1990-е годы / СПб.: Социологическое общество им. М.М. Ковалевского. — 704 с.. 2002

Еще по теме IV.Коридор действий и политическое действие: роль актеров:

  1. II.Структурные рамочные условия: коридор действий
  2. НЕКОТОРЫЕ СПЕЦИФИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ И ОБЩИЕ ОСНОВЫ СЛОВЕСНОГО ДЕЙСТВИЯ В ИСКУССТВЕ АКТЕРА И ХУДОЖЕСТВЕННОМ СЛОВЕ
  3. Глава 2. Действие немецкого уголовного права во времени и пространстве (сфера действия) (Der Geltundsbereich des deutschen Strafrechts)
  4. 9.25. Какие политические партии и общественные движения действуют в России на современном этапе?
  5. § 8. Расторжение трудового договора в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основания для утраты доверия к нему со стороны работодателя (п. 7 части первой ст. 81 ТК РФ)
  6. 1. Политика, ее роль в жизни общества. Структура политической сферы. Политическая система общества
  7. Коммуникативное действие
  8. Акторы и выбор действия
  9. ДЕЙСТВИЕ
  10. 1. Теория социального действия в социологии
  11. § 70. Незаконные действия