<<
>>

Школа под голубым небом («Школа радости»)

С волнепием ожидал я малышей. В 8 часов утра пришло 29 человек. Не пришла Саша (наверное, с матерью плохо). Не было Володи, по-видимому, заспал, матери не захотелось будить мальчика. Почти все дети празднично одеты, в новепьких ботиночках.
Это меня встревожило: сельские дети издавна привыкли в жаркие дни ходить босиком, это прекрасная физическая закалка, лучший способ предупреждения простудных заболеваний. Почему же родители стараются защитить детские ножки от земли, утренней росы и горячей, накаленной солнцем земли? Все это они делают из добрых побуждений, а получается плохо: с каждым годом все больше сельских малышей зимой болеют гриппом, ангиной, коклюшем. А надо воспитать детей так, чтобы они не боялись ни зноя, ни холода. — Пойдем, дети, в школу,— сказал я малышам и направился в сад. Дети с недоумением смотрели на меня. — Да, ребята, мы идем в школу. Наша школа будет под голубым небом, на зеленой травке, под ветвистой грушей, на винограднике, на зеленом лугу. Снимем вот здесь ботиночки и пойдем босиком, как вы привыкли ходить раньше.— Дети радостно защебетали; им непривычно, даже неудобно ходить в жаркую погоду в ботинках.— А завтра приходите босиком, в нашей школе это будет лучше всего. Мы пошли в виноградную аллею. В тихом, скрытом деревьями уголке разрослись виноградные лозы. Расстелившись на металлическом каркасе, они образовали зеленый шалаш. Внутри шалаша земля покрыта нежной травой. Здесь царила тишина, отсюда, из зеленого сумрака, весь мир казался зеленым. Мы расселись на траве. — Вот здесь и начинается наша школа. Будем смотреть отсюда на голубое небо, сад, село, солнце. Детц притихли, очарованные красотой природы. Между листвой висели янтарные гроздья созревшего винограда. Детям хотелось попробовать вкусных ягод. Будет и это, ребята, но сначала надо полюбоваться красотой. Дети смотрят вокруг. Кажется, что сад окутан зеленым туманом, как в сказочном .подводном царстве. Поверхность земли — поля, луга, дороги — как бы дрожит в малахитовом тумане, а на освещенные деревья сыпятся солнечные искорки. — Солнышко рассыпает искоркп,— тихо сказала Катя. Дети не могли оторваться от очаровавшего их мира, а я начал рассказывать сказку о солнце. — Да, дети, хорошо сказала Катя: Солнышко рассыпает искры. Оно живет высоко в небе. У него есть два Кузнеца-велнкана и золотая наковальня. Перед рассветом Кузнецы с огненными бородами идут к Солнцу, которое дает им два пучка серебряных нитей. Берут Кузнецы железные молотки, кладут серебряные нити на золотую наковальню и куют, куют, куют. Они выковывают Солнышку серебряный венок, а из-под молотков рассыпаются по всему миру серебряные искры. Падают искры на землю, вот вы и видите их. А вечером уставшие Кузнецы идут к Солнышку, несут ему венок; надевает Солпышко венок на золотые косы и идет в свой волшебный сад — отдохнуть. Я рассказываю сказку и одновременно рисую ее: на белом листе альбома рождаются фантастические образы: у золотой наковальни — два Кузнеца-великана, из-под железных молотков рассыпаются серебряные искорки. Слушают дети сказку, очарованные волшебным миром, и кажется, что они боятся нарушить тишину, чтобы не рассеялось очарованье. Потом сразу засыпают вопросами: а что делают Кузнецы-великаны ночью? Зачем Солнышку каждый раз новый венок? Куда деваются серебряные искорки — ведь сыпятся они на землю каждый день? Милые дети, обо всем этом я расскажу вам, у нас еще будет много времени, а сегодня я угощу вас виноградом.
Ребята с нетерпением ожидают, пока корзина наполняется гроздьями. Раздаю по две веточки: одну советую съесть, а другую понести маме, пусть и она попробует ягод. Дети проявляют удивительную терпеливость: заворачивают гроздья в бумагу. А меня беспокоит мысль: хватит ли этой терпеливости на всю дорогу от школы до дома? Принесут ли Толя и Коля виноград матерям? Нине я даю несколько гроздьев: для больной матери, для сестренки и для бабушки. Варя берет 3 кисточки для отца. Зарождается мысль: как только у детей будет достаточно сил, каждый ребенок заложит свой виноградник... У Вари надо посадить этой осенью с десяток саженцев, которые плодоносили бы уже через год,— это будет лекарство для отца... Мы выходим из сказочного зеленого сумрака. Я говорю детям: — Завтра приходите перед вечером, в шесть часов. Не забудьте. Я вижу: детям не хочется уходить. Но они расходятся, прижимая к груди белые сверточки. Как бы мне хотелось знать, кто из них не донесет виноград домой! Но об этом спрашивать у ребят нельзя; если кто сам расскажет — будет хорошо. Вот и кончился первый день школы под голубым небом... В ту ночь мне снились серебряные солнечные искорки, а проснувшись рано утром, я долго думал, что делать дальше. Я не составлял детального плана: что и в какой ден^ буду говорить детям, куда поведу их. Жизнь нашей школы развивалась из идеи, которая воодушевляла меня: ребенок по своей природе — пытливый исследователь, открыватель мира. Так пусть перед ним открывается чудесный мир в живых красках, ярких и трепетных звуках, в сказке и игре, в собственном творчестве, в красоте, воодушевляющей его сердце, в стремлении делать добро людям. Через сказку, фантазию, игру, через неповторимое детское творчество — верная дорога к сердцу ребенка. Я буду так вводить малышей в окружающий мир, чтобы они каждый день открывали в нем что-то новое, чтобы каждый наш шаг был путешествием к истокам мышления,и речи — к чудесной красоте природы. Буду заботиться о том, чтобы каждый мой питомец рос мудрым мыслителем и исследователем, чтобы каждый шаг познания облагораживал сердце и закалял волю. На второй день дети пришли в школу перед вечером. Догорал тихий сентябрьский день. Мы вышли из села, расположились на высоком кургане. Перед нами открылся чудесный вид на широкий, как будто пылающий под солнцем луг, на стройцые тополя, далекие кур ганы на горизонте. Мы пришли к истокам мысли и слова. Сказка, фантазия — это ключик, с помощью которого можно открыть эти истоки, и они забьют животворными ключами. Вспомнилось, как Катя сказала вчера: «Солнышко рассыпает искорки...» Забегая вперед, скажу, что через 12 лет, заканчивая школу, она писала сочинение о родной земле и, выражая чувство любви к природе, повторила этот образ. Вот какова сила сказочного образа в детском мышлении. Я тысячу раз убеждался, что, населяя окружающий мир фантастическими образами, создавая эти образы, дети открывают не только красоту, но и истину. Без скавки, без игры воображения ребенок не может жить, без сказки окружающий мир превращается для него в красивую, но все же нарисованную на холсте картину, сказка заставляет эту картину ожить. Сказка — это, образно говоря, свежий ветер, раздувающий огонек детской мысли и речи. Дети не только любят слушать сказку. Они создают ее. Показывая ребятам мир через зеленую стену виноградной листвы, я энал, что расскажу им сказку, но не предполагал, какую именно. Толчком для полета моей фантазии были олова Кати: «Солнышко рассыпает искорки...» Какие правдивые, точные, художественно выразительные образы творят дети, насколько яркий* красочный их язык! Я стремился к тому, чтобы прежде чем открыть книгу, прочитать по слогам первое слово, ребята прочитали страницы самой чудесной в мире книги— книги природы. Здесь, среди природы, особенно отчетливой, яркой была мысль: мы, учителя, имеем дело с самым нежным, самым тонким, самым чутким, что есть в природе, — с мозгом ребенка. Когда думаешь о детском мозге, представляешь нежный цветок розы, на котором дрожит капелька росы. Какая осторожность и нежность нужны для того, чтобы, сорвав цветок, не уронить каплю. Вот такая же осторожность пужна и нам каждую минуту: ведь мы прикасаемся к тончайшему и г нежнейшему в природе — к мыслящей материи растущего организма. Ребенок мыслит образами. Это значит, что, слушая, напрпмер, рассказ учителя о путешествии капли воды, он рисует в своем представлении и серебристые волны утреннего тумана, и темную тучу, и раскаты грома, и веоенний дождь. Чем ярче в его представлепии эти картины, тем глубже осмысливает он закономерности природы. Нежные, чуткие нейроны его мозга еще не окрепли, их надо развивать, укреплять. Ребенок мыслит... Это значит, что определенная группа нейронов коры полушарий его мозга воспринимает образы (картины, предметы, явления, слова) окружающего мира и через тончайшие нервные клетки — как через каналы связи — идут сигналы. Нейроны «обрабатывают» эту информацию, систематизируют се, группируют, сопоставляют, сравнивают, а новая информация в это время поступает и поступает, ее надо снова и снова воспринимать, «обрабатывать». Для того чтобы справиться и с приемом все новых и новых образов, и с «обработкой» информации, нервная энергия нейронов в чрезвычайно короткие отрезки времени мгновеппо переключается от восприятия образов к их «обработке». Вот это изумительпо быстрое переключение нервной энергии пей- ронов и есть то явление, которое мы называем мыслью,— ребенок д у м а е т... Клетки детского мозга настолько нежные, настолько чутко реагируют па объекты восприятия, что нормально работать они могут только при условии, что объектом восприятия, осмысливания является образ, который мошно видеть, слышать, к которому можно прикоснуться. Переключение мысли, которое является сущностью мышления, возможно лишь тогда, когда перед ребенком или наглядный, реальный образ, пли же настолько ярко созданный словесный образ, что ребенок как будто видит, слышит, осязает то, о чем рассказывают (вот почему дети так любят сказки). Природа мозга ребенка требует, чтобы его ум воспитывался у источника мысли — среди наглядных образов, и прежде всего среди природы, чтобы мысль переключалась с наглядного образа на «обработку» информации об этом образе. Если же изолировать детей от природы, если с первых дней обучения ребенок воспринимает только слово, то клетки мозга быстро утомляются и не справляются с работой, которую предлагает учитель. А ведь этим клеткам.надо развиваться, крепнуть, набираться сил. Вот где причина того явления, с которым многие учителя часто встречаются в начальных классах: ребенок тихо сидиу, смотрит тебе в глаза, будто внимательно слушает, но не понимает ни слова, потому что педэюг все рассказывает и рассказывает, потому что надо думать над правилами, решать задачи, примеры — все это абстракции, обобщения, нет живых образов, мозг устает... Здесь и рождается отставаппе. Вот почему надо развивать мышление детей, укреплять умственные силы ребенка среди природы— это требование естественных закономерностей развития детского оргапизма. Вот почему каждое путешествие в природу есть урок мышления, урок развития ума. III, 31-36 (...}На уроках мышления происходит то, чего никогда не может дать никакая книга, никакой класс: дети воспринимают окружающий мир не только умом, но и сердцем. Они глубоко ощущают эмоциональную окраску олова; слово становится как бы искрой, зажигающей порох мысли. На уроках мышления дети не только слышат — чувством воспринимают слова: вечерпяя заря, летние сумерки, мерцание звезд, ласковый ветер. V, 360 Мы сидим на кургане, вокруг нас звучит стройный хор кузнечиков, в воздухе аромат степных трав. Мы молчим. Детям не надо мпого говорить, не надо пичкать их рассказами, слово — не забава, а словесное пресыщение — одно ив самых вредных пресыщений. Ребенку нужно не только слушать слово воспитателя, но и молчать; в эти мгновенья он думает., осмысливает услышанное и увиденное. Для учителя очень важпо соблюдать меру в рассказывании. Нельзя превращать детей в пассивный объект восприятия слов. Чтобы осмыслить каждый яркий образ — наглядный или словесный, надо много времени и нервных сил. Умение дать ребенку подумать — это одно из самых тонких качеств педагога. А среди природы ребенку надо' датх> возможность послушать, посмотреть, почувствовать... Мы вслушиваемся в хор кузнечиков. Я рад, что дети увлеклись этой изумительной музыкой. Пусть в их памяти навсёгДа сохранится тихий вечер, насыщенный ароматом полей и переливами чудесных ввуков. Когда-нибудь они создадут сказку о кузнечике. 111, 36-37 Жизнь «Школы радости» не была стеснена строгим регламентом. Не было установлено, сколько времени должны находиться дети под голубым иебом. Самое главное— чтобы ребятам не надоело, чтобы в детские сердца не закралось тоскливое ожидание того мгновенья, когда учитель скажет: «Пора домой». Я старался окончить работу иашей школы в тот момент, когда у детей обострялся интерес к предмету наблюдения, к труду, которым они заняты. Пусть малыши с нетерпением ожидают завтрашнего дня, пусть оп обещает им новые радости, пусть ночью снятся им серебряные искорки, которые рассыпает по земле Солнце. Один день дети находятся в школе под голубым пебом 1—IV2 часа, другой день —4 часа,— все зависит от того, сколько радости воспитатель сумел дать ребятам сегодня. И еще очень важно, чтобы каждый ребенок не только чувствовал радость, но и творил ее, вносил крупицу своего творчества в жизнь коллектива. Ill, 40—41 Рассказы воспитателя, разделяющего с детьми все радости и горести — обязательное условие полноценного умственного развития ребенка, его богатой духовной жизни. Воспитательное значение этих г рассказов в том, что дети слушают их в обстановке, рождающей сказочные представления: в тихий вечер, когда на небе загораются первые звезды; в лесу, у костра, в уютной избушке, при свете тлеющих в печурке углей, когда за окном шумит осенний дождь и поет унылую песню холодный ветер. Рассказы должны быть яркими, образными, небольшими. Нельзя нагромождать множество фактов, давать детям массу впечатлений — чуткость к рассказам притупляется, и ребенка ничем уже не заинтересуешь. Я советую воспитателям: воздействуйте на чувства, воображение, фантазию детей, открывайте окошко в безграничный мир постепенно, не распахивайте его сразу во всю ширь, не превращайте в широкую дверь, через которую помимо вашего желания, увлеченные мыслями о предмете рассказа, устремятся малыши — выкатятся, как шарики... Они вначале растеряются перед множеством вещей, потом эти вещи, в сущности еще не знакомые, примелькаются, станут пустым звуком — не больше. Школа под голубым небом учила меня, как открывать перед детьми окно в окружающий мир, и эту науку жизни и познапия я стре- милея донести до всех учителей. Я советовал им: не стремитесь рассказать на уроке о предмете изучения все, что вы знаете,— под лавиной знаний могут быть погребены пытливость и любознательность. Умейте открыть перед ребенком в окружающем мире что-то одно, но открыть так, чтобы кусочек жизни заиграл перед детьми всеми красками радуги. Оставляйте всегда что-то недосказанное, чтобы ребенку захотелось еще и еще раз возвратиться к тому, что он узнал. Ill, 43-44
<< | >>
Источник: М. И. Мухин. В. А. СУХОМЛИНСКИЙ ОБ УМСТВЕННОМ ВОСПИТАНИИ. 1983

Еще по теме Школа под голубым небом («Школа радости»):

  1. 6. Гегель разрабатывал социологические, политические и правовые вопросы педагогики: семья и ребенок; ребенок и школа; школа и семья; школа и церковь; школа, община и государство; сословия и образование
  2. Милетская школа
  3. 2.2. «Школа», «теория», «парадигма», «ориентация»
  4. Административная школа
  5. Высшая школа
  6. Отечественная школа философии языка
  7. Школа науки о поведении
  8. Элейская школа
  9. Колумбийская школа
  10. Франкфуртская школа
  11. Школа количественных методов.
  12. М. Вебер и Школа Анналов
  13. Школа научного менеджмента
  14. Общее равновесие рынка. Математическая школа
  15. Школа «количественных методов в управлении» (1950 г. — по настоящее время).
  16. Школа человеческих отношений
  17. Глава V ФРАНЦУЗСКАЯ СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ШКОЛА