Задать вопрос юристу

Пример этносоциологического анализа этнического конфликта: две чеченские комоании 1990-х и 2000-х годов


Распад СССР как единого государства привел к созданию новых более или менее искусственных наций на постсоветской территории, границы каждой из которых были установлены не исторически, а произвольно и искусственно, по постимперскому принципу: административные единицы СССР (Союзные Республики) провозгласили себя государствами.
Сама Россия (Российская Федерация) оказалась вновь образованным федеративным государством со столь же произвольными границами и с внутренним членением, во многом напоминающим СССР. Административно-территориальные единицы Российской Федерации на фоне свежего опыта распада СССР решили повторить сепаратистский цикл — на сей раз внутри России. Оснований у них было не больше, но и не меньше, чем у республик СССР — все эти образования были условными территориальными единицами некогда единого государства.

Чечня при президенте Дудаеве пошла в этом направлении дальше других и провозгласила независимость и выход из состава России. Это и стало причиной первой (1994 — 1999) и второй (1999 — 2002) чеченских компаний.
Проведем их краткий этносоциологический анализ. В этой ситуации мы имеем дело с этническим меньшинством—чеченцами, которые решили, воспользовавшись катастрофическими процессами в России в целом (смена государственного строя, шоковая терапия, либеральные реформы, приватизация, внутриполитический кризис, социальные волнения, резкая криминализация общества, становление олигархического строя и т. д.), изменить свой статус и перейти из разряда этноса в разряд нации. Нация предполагала суверенную и независимую от России государственность. Этот националистический проект получил название «Ичкерия», для того, чтобы разделить теоретически возможное независимое государство от Республики Чечня в составе России. Вторым участником конфликта была недавно учрежденная «российская нация» в лице федеративного государства Россия. Этот второй участник конфликта (федеральные войска) определял контекст, в котором развертывался конфликт.
Россия была (и является сегодня) археомодернистическим государством, формально демократическим и «западным», с элементами нации и гражданского общества, но по сути сохраняющим ряд черт и признаков народа (лаоса). Это существенно осложняет исследование этнического конфликта, т. к. любое архе- омодернистское общество выдает себя не за то, чем оно является на самом деле.
Чеченский этнос подчеркивал свое религиозное отличие (ислам), принадлежность к Кавказу и апеллировал к своей истории, в которой неоднократно имели место восстания горских народов Северного Кавказа против России. К этому добавлялись свежие воспоминания о сталинской политике, приведшей к массовой депортации чеченцев после Великой Отечественной Войны.
Российская Федерация противопоставляла этому в явной форме государственность, общероссийскую нацию и гражданское светское общество, а в неявной форме — великорусский этнос, православную идентичность и преемственность исторической стратегии русского народа — от царистского до советского его этапов. При этом, как это обычно бывает в археомодернистских системах, аспекты традиционного общества тщательно скрывались за фасадом внешних либерально-демократических деклараций.
Влияние геополитических сил на конфликт было значительным: Запад поддерживал чеченский сепаратизм исходя из конкурентных отношений с Россией как мощной страной, обладающей большой степенью влияния на мировую политику. С правовой точки зрения Россия квалифицировала поведение чеченских сепаратистов как «бандитизм». Международные западные организации рассматривали борьбу Дудаева, Масхадова и их последователей как легитимное сопротивление этнических меньшинств «русскому национализму». Чеченцы хотели создать собственную государственность (Республика Ичкерия). В определенный момент развития конфликта преобладающими оказались радикальные исламисты (Ш. Басаев, М. Удугов и др.), которые выдвинули тезис о создании единого исламского государства на Северном Кавказе (Имарат Кавказ). Федеральные власти ставили перед собой цель сохранить Чечню в составе Российской Федерации. Освещение конфликта в российской прессе было неоднозначным. Прозападные СМИ — НТВ, принадлежавшие телемагнату и олигарху В. Гусинскому,
и ряд других телеканалов, а также широкий спектр либерально-демократической прессы и радио («Эхо Москвы») почти открыто поддерживали чеченцев, представляя их борцами за свободу и независимость против «русского национализма» и «советского тоталитаризма». При описании чеченских сепаратистов использовались термины «борцы занезависимость», «повстанцы» и т. д. Такой же была позиция и лексика западных СМИ. Со своей стороны, СМИ, поддерживающие официальный курс российского руководства, представляли чеченских сепаратистов «бандитами», «участниками незаконных вооруженных формирований» и «религиозными фанатиками-экстремистами», а борьбу против них — «наведением конституционного порядка», «возвращением в правовое поле», «восстановлением демократической системы в пределах Чеченской Республики». Интересы чеченских сепаратистов состояли в создании независимой государственности, в получении материальной поддержки от зарубежных центров (с Запада и от ряда исламских стран), а также в участии в коррупционных схемах (торговля оружием, похищение людей, работорговля, незаконные финансовые операции и т. д.), открывающихся в связи с чрезвычайной ситуацией и правовым вакуумом. При этом часть участников военных действий против федеральных сил искренне верили в то, что они участвуют в «войне за свободу чеченцев от русской колонизации» и в «священном походе мусульман против неверных».
Федеральная власть стремилась удержать Чечню в составе России, чтобы предотвратить дальнейший распад страны (по Югославской модели). При этом ряд политических, государственных и военных деятелей получал конкретные дивиденды от военной компании, как взаимодействуя с Западом, заинтересованном в успехе сепаратистов, так и участвуя в коррупционных схемах, связанных с войной и чрезвычайными обстоятельствами.
При этом многие непосредственные участники конфликта со стороны федеральных сил были искренне уверены, что воюют за Россию как самостоятельную державу, за историческую миссию русского народа, за отстаивание традиционных и религиозных (православных) ценностей, т. е. за русский народ (лаос) и косвенно за русский этнос.
Ш
<< | >>
Источник: Дугин А.Г.. Этносоциология.. 2011

Еще по теме Пример этносоциологического анализа этнического конфликта: две чеченские комоании 1990-х и 2000-х годов:

  1. РЕШЕНИЕ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ И ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ (1990-2000)
  2. РЕФОРМЫ 1990-х годов
  3. Кавказцы: этносоциологический анализ
  4. Тишков В.А.. Общество в вооруженном конфликте (этнография чеченской войны). - М.: Наука., 2001
  5. Этнический конфликт: природа, типология, проблемы регулирования
  6. Этнические конфликты и их правовая квалификация
  7. § 5. Этнические и национальные конфликты в современной России
  8. Этнические конфликты в условиях археомодерна
  9. Георг Эльверт: этнические конфликты и «рынки насилия»
  10. КРИЗИС ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА; СЕПАРАТИЗМ И ФЕДЕРАЛИЗМ В ЕВРОПЕ 1990-х IT. (НА ПРИМЕРЕ БЕЛЬГИИ И ИТАЛИИ)
  11. § 2. Этносоциологический анализ гражданского и глобального общества