Задать вопрос юристу

ИМПЛИКАЦИИ

Здесь критик мог бы заметить: «В чем смысл всего этого? Даже если мы можем исследовать „этничность без групп" что это дает? Концепты неминуемо упрощают мир; и то, что концепт дискретных и ограниченных этнических групп представляет нечто реально существующее более субстанциальным и ясно очерченным, нежели оно есть на самом деле, не может быть аргументом против него.
Концепт этнической группы, может быть, и тупой инструмент, но он вполне пригоден для первого приближения к теме. Разговор о группо- ной психологии и когнитивной антропологии, но и те, что были сформулированы в русле после- и антипарсонсов- ского «когнитивного поворота» [DiMaggio, Powell, 1991] в социологической и, шире, социальной теории, особенно в ответ на влиятельные феноменологические и этномето- дологические исследования [Schutz, 1962; Garfinkel, 1967; Гарфинкель, 2007; Heritage, 1984]. Когнитивная перспектива является важнейшей во влиятельных теоретических синтезах Бурдьё и Гидденса и, в совершенно другой форме, в анализе разговора. вости и фреймировании, практических категориях и когнитивных схемах всем хорош, а между тем убийства продолжаются. Имеет ли эта критика последствия в действительном мире или же — ограничивается лишь башней из слоновой кости? Что она изменяет на практике?». Я уверен, что критика группизма действительно имеет последствия, пусть и самые общие, для способов, какими исследователи, журналисты, политики, негосударственные организации и др. аналитически и на деле управляются с тем, что мы привыкли с излишней готовностью называть этническим конфликтом и этническим насилием. Здесь я хотел бы перечислить пять из этих последствий, а в заключительном разделе перейду к обсуждению одного эмпирического примера. Во-первых, восприимчивость к динамике фрейми- рования, к перекосу кодирования в пользу этничности и к стратегическому и даже порой циничному использованию этнического фрейма для маскировки приверженности интересам кланов, клик или классов может предупредить нас об опасности чрезмерно этнически окрашенной или группистской интерпретации ситуаций конфликта и насилия и такого же рода вмешательства в них [Bowen, 1996]. Не нужно придерживаться редукционистской точки зрения на политизированную этничность как на продукт «манипуляции элит» [Brubaker, 1998], чтобы признать, что «поворот», придаваемый конфликту его участниками, может скрывать столько же, сколько открывает, и что репрезентация конфликта как конфликта между этническими или национальными группами может затемнять поставленные на карту интересы и запутанную динамику. То, что представляется как этнический конфликт или этническая война (как, например, насилие в бывшей Югославии), может иметь отношение не только и не столько к этничности, сколько к бандитизму, военной диктатуре, беспринципному грабежу или незаконным доходам [Mueller, 2000; ср.: Kaldor, 1999; Collier, 2000]. Во-вторых, признание главной роли организаций в этническом конфликте и этническом насилии, часто двусмысленного характера утверждений их лидеров о выступлении и действии якобы в интересах этнических групп, признание перформативной природы этнополитической риторики, поставленной на службу группо-построительным проектам, может предостеречь нас от ошибочного принятия группистской риторики за реальную групповость, мнимых групп, поднимаемых на щит этнополитической риторикой, за субстанциальные вещи-в-мире.
В-третьих, осознание того, что этнические и националистические лидеры заинтересованы в том, чтобы жить как за счет политики, так и для политики, если воспользоваться классическим различением Макса Вебера [Weber, 1946, р. 84; Вебер, 1990, с. 653], и осознание возможного расхождения между интересами лидеров и их предполагаемых избирателей, возможно, позволят нам не принимать за чистую монету заявления лидеров об убеждениях, желаниях и интересах их избирателей. В-четвертых, восприимчивость к изменчивой и случайной, крепнущей и истощающейся природе групповости и к тому факту, что высокий уровень групповости не столько порождается конфликтом (особенно насильственным), сколько выступает его главной причиной, может сфокусировать исследовательское внимание и политическое вмешательство на процессах, в ходе которых групповость обыкновенно развивается и кристаллизируется, и на процессах, в которых она может понижаться. В последнее время исследователи обратили некоторое внимание на первые процессы, включая механизмы «перевешивания» и каскадности [Laitin, 1995b; Kuran, 1998b; наст, изд., гл. IV] и механизмы, управляющие активизацией и распространением схем и «эпидемиологией репрезентаций» [Sperber, 1985; наст, изд., гл. III]. Но кривые понижения групповости не стали предметом систематического изучения, хотя они точно так же важны и в теоретическом, и в пра ктическом отношении. Однажды подскочив до высокого уровня, групповость не удерживает его по инерции. Если не поддерживать ее на высоком уровне с помощью специальных социальных и когнитивных механизмов, то она будет понижаться, поскольку повседневные интересы вновь привлекают к себе внимание в процессе, который Вебер в ином, но созвучном контексте [1968 [1922], р.246-254] назвал «рутинизацией» (Veralltaglichung, буквально «к повседневности»). Наконец, разукрупняющий, негруппистский подход может сфокусировать внимание аналитиков и политиков на решающей роли внутриэтнических механизмов в порождении и поддержании якобы межэтнического конфликта (наст, изд., гл. IV). К этим механизмам относятся внутригрупповые процессы «поддержания порядка», контроля и санкционирования [Laitin, 1995b]; «этническое перебивание цены», посредством чего электоральная конкуренция может способствовать крайной этнизации [Rotschild, 1981; Horowitz, 1985]; расчетливое подстрекательство или провоцирование конфликта с посторонними, совершаемое уязвимыми должностными лицами, которые стараются отвести в другое русло внутригрупповые угрозы своим позициям; и внутригрупповые процессы, связанные с динамикой вербовки в банды, отряды ополченцев, террористические группы или партизанские армии, — в том числе практики чествования, посрамления и отстранения, ритуалы посвящения, межпоколенческие трения, принятие и выполнение обязательств по материальному и символическому вознаграждению мученичества.
<< | >>
Источник: Брубейкер Р.. Этничность без групп. 2012

Еще по теме ИМПЛИКАЦИИ:

  1. БОЛЕЕ ШИРОКИЕ ИМПЛИКАЦИИ
  2. О “балтийском пути”
  3. К главе 7
  4. Пропозициональное исчисление
  5. Рамки
  6. Временной порядок, интервалы времени и мнимая одновременность
  7. ЗАКЛЮЧЕНИЕ: ПАРТИКУЛЯРНОСТЬ И ПОЛИТИКА «ИДЕНТИЧНОСТИ»
  8. Десятая лекция
  9. 5.4. Стоимость воспроизводства и плата за природные ресурсы
  10. 5.3. Сравнительная экономическая оценка природных ресурсов
  11. 5.2. Абсолютная и экономическая оценки
  12. 5. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ
  13. 5.1. Содержание экономической оценки