Б. Ф. Ломов ПСИХОЛОГИЯ В СИСТЕМЕ НАУЧНОГО ЗНАНИЯ

В комплексе наук о человеке важнейшая роль принадлежит психологии. Какая бы проблема (или ее аспект) нз того класса, который относится к изучению человека, ни была взята, ее последовательное изучение так или иначе приводит к необходимости анализа того круга явлений, которые принято определять как психические.
Эта необходимость отчетливо обнаруживается в общественных науках.

Исследование процессов и явлений, изучаемых историей, экономикой, этнографией, социологией, лингвистикой, литературоведением, теорией искусства (искусствоведением), юридической, политической науками, необходимым образом приводит к постановке проблем по существу психологических. Нередко социальные процессы и явления не могут быть достаточно полно раскрыты без привлечения знаний о механизмах индивидуального и группового поведения людей, закономерностях формирования стереотипов поведения, привычек, социальных установок и ориентаций, без изучения настроений, чувств, психологического климата, без анализа настроений, чувств, психологического климата, без анализа таких феноменов, как подражание, внушение, заражение, без исследования психологических свойств и особенностей личности, ее способностей, мотивов, характера, межличностных отношений и т, д. Коротко говоря: в исследованиях социальных процессов возникает необходимость учета психологических факторов, при этом особенно острой она становится тогда, когда исследователь переходит от общих законов к специальным, от глобальных проблем к частным, от макроанализа к микроанализу.

Психологические факторы, конечно, не определяют социальных процессов, напротив, сами они могут быть поняты только на основе анализа этих процессов. Но эти факторы в зависимости от конкретных условий оказывают либо положительное, либо отрицательное влияние на те или иные события жизни общества.

Потребность обращения к теории психологии, ее методам и результатам конкретных исследований возникает и в том случае, когда та или иная общественная наука включается в решение практических задач. Ведь любая практическая рекомендация реализуется в конкретных действиях конкретных людей, и то, как она будет реализовываться, в значительной степени зависит от психологических особенностей этих людей.

Логика развития общественных наук ведет к тому, что на их границах с психологическими науками формируется целый «куст» специальных научных дисциплин и направлений. Прежде всего это социальная психология, а также тесио связанные с нею историческая, экономическая, этническая, юридическая, политическая психология, психолингвистика и психология искусства. Некоторые из этих областей в нашей стране уже сформировались и успешно развиваются как самостоятельные научные дисциплины (например, социальная психология), другие находятся в стадии формирования и самоопределения (например, юридическая психология, психолингвистика и психология искусства), третьи еще только начинают зарождаться (например, этническая, экономическая и политическая психология).

Проблемы, требующие для своего решения психологических исследований, возникают также в естественных науках. Напомним, что одно из первых экспериментально-психологических исследований, а именно времени реакций человека, было проведено в середине прошлого века в связи с потребностями астрономии, а первой специальной психологической дисциплиной явилась психофизика, возникшая примерно в то же время. Несколько позднее как ответвление психофизики стала развиваться психоакустика.

Одна из наиболее фундаментальных проблем, названная Э. Геккелем «мировой загадкой», над решением которой наука бьется уже в течение длительного времени, — это проблема возникновения и развития психики в процессе биологической эволюции. Для дальнейшего развития биологических наук эта проблема, пожалуй, не менее важна, чем проблема возникновения жизни. Как показал еще А. Н. Северцов, психика должна была возникнуть и возникла в процессе биологической эволюции закономерно, а возникнув в этом процессе, она стала его важнейшим фактором. Это значит, что изучение процесса биологической эволюции неизбежно требует изучения не только строения и функций живых организмов, но также их поведения, психики. На границах биологии и психологии сформировались такие области знания, как зоопсихология и сравнительная психология <...>

Еще более остро психологические проблемы ставятся в тех областях естествознания, объектом исследования которых является высший продукт эволюции — человек. По мере того как, например, физиология обращается от изучения функционирования организма животных к изучению человеческого организма, т. е. с развитием физиологии человека, она вынуждена так или иначе сталкиваться с проблемами психологическими. Напомним, что крупнейшие отечественные физиологи И. М. Сеченов, И. П. Павлов, А. А. Ухтомский, И. С. Бериташвили, П. К. Анохин и другие видели свою конечную цель именно в том, чтобы раскрыть физиологические основы человеческой психики. Перспективы развития физиологии человека (прежде всего физиологии высшей нервной деятельности и нейрофизиологии) существенно связаны с перспективами развития психологии.

То же можно сказать и о генетике, в особенности о генетике поведения. Распространяются ли (или по крайней мере оказывают ли влияние) законы генетики на поведение живых существ (в том числе и человека) и их психические свойства? Этот вопрос является предметом острых дискуссий среди как естествоиспытателей, так и обществоведов. Понятно, что, не разрабатывая теории, раскрывающей сущность поведения и психики, и соответствующих строгих методов исследования, ответить на этот вопрос невозможно.

В последние годы наметилось и начало интенсивно разрабатываться еще одно научное направление — исследование биохимических основ поведения и психики. Особенно много работ ведется в области изучения биохимических основ памяти и эмоций. Иногда это направление называют психобиохимией.

В связи с этими исследованиями уместно вспомнить Ф. Энгельса, который писал: «Мы, несомненно, «сведем» когда-нибудь экспериментальным образом мышление к молекулярным и химическим движениям в мозгу, но исчерпывается ли этим сущность мышления?»18 В приведенном положении обычно подчеркивается его вторая часть: то, что сущность мышления (вообще психического) не исчерпывается биохимическими процессами, И это, безусловно, верно. Но важна и первая часть этого положения: Энгельс не сомневался в том, что наступит время, когда удастся экспериментальным путем выявить биохимические основы психических явлений. Сейчас это время наступает. Пока еще трудно сказать, к каким результатам приведет исследование биохимических основ поведения и психики. Однако несомненно, что это направление имеет большое значение для последовательно материалистического понимания природы психических явлений.

На границах естественных наук и психологии также формируется и развивается ряд специальных научных дисциплин и направлений: к тем, которые упомянуты выше, нужно добавить об- щую, дифференциальную и генетическую психофизиологию.

Так же как и дисциплины, пограничные для общественных наук и психологии, они развиваются неравномерно. Одни уже имеют определенные успехи (например, общая и дифференциальная психофизиология), в других лишь определяется проблематика, подходы и методы исследования (например, психобиохимия).

Однако в любом случае важно подчеркнуть, что к психологическим проблемам обращаются и биологические, и физические, и химические науки. И это диктуется внутренней логикой их развития. Конечно, каждая из специальных естественных наук обращается к тем психологическим проблемам, которые диктуются этой логикой, но так или иначе перспективы их развития связываются с перспективами психологии.

Как отмечалось в начале параграфа, человек, а вместе с ним и его психика являются объектом исследования не только фундаментальных естественных и общественных наук, но и научно- практических комплексов.

В медицинских науках необходимость привлечения данных психологии так или иначе возникает при разработке большинства проблем здоровья и болезни. Это прежде всего относится к психическим и психогенным заболеваниям, которые изучаются патопсихологией и психопатологией.

Короче говоря, изучение заболеваний требует анализа изменений не только организма, но и психики больного, т. е. их внутренней, субъективной картины. В связи с этой потребностью на границах между медицинскими и психологическими науками как особая дисциплина формируется и развивается медицинская психология и тесно связанная с ней нейропсихология.

Но значение исследований «психологических составляющих» здоровья и болезни не только позволяет более глубоко и полно понять этиологию и развитие того или иного заболевания, что, конечно, прежде всего важно для его диагноза. Знание психологии может помочь также в определении наиболее эффективных методов лечения. В некоторых условиях эффективным оказываются методы психологического воздействия, система которых получила название психотерапия. Изучение психических особенностей пациента помогает также избежать ятрогенных заболеваний.

Психологические исследования открывают новые возможности гге только в диагностике и лечении заболеваний, но н в восстановительной терапии, а также в социально-трудовой реадаптации больных и в медицинской (трудовой; судебной и военной) экспертизе.

В связи со все расширяющимся применением в медицине фармакологических веществ, в том числе и действующих на психику, в последние годы начала формироваться новая научная дисциплина— психофармакология, связанная с психобиохимией. Изучение психотропных эффектов лекарственных веществ открывает новые возможности для лечения патологических изменений психики, а также для изучения психических процессов и состояний <...>

Психологические проблемы возникают и в другом научно-прак- тическом комплексе — в педагогических науках. Связи между педагогикой и психологией традиционны. Еще К. Д. Ушинский отмечал, что «если педагогика хочет воспитать человека во всех отношениях, то она должна узнать его во всех отношениях». В том же случае, если педагогика не опирается на знания «о законах природы и души человеческой, она превращается в простои набор практических советов и рецептов и перестает быть подлинной наукой, способной помочь учителю». В развитии всех областей педагогики: в ее общей теории, дидактике, частных методиках, теории воспитания, школоведении — возникают проблемы, требующие психологического исследования. Знание закономерностей восприятия, памяти, мышления, динамики формирования знаний, НЭЕЫ- ков и умений, природы способностей и мотивов, психического развития человека в целом имеет существенное значение для решения фундаментальных педагогических проблем, таких, как определение содержания образования на разных ступенях обучения, разработка наиболее эффективных методов обучения и воспитания, оценка результативности педагогических воздействий, совершенствование профессиональной ориентации и др.

Интенсивное развитие науки требует обновления и реконструкции содержания образования. Чему учить современного школьника? Что и как отбирать из той огромной массы информации, которая накапливается наукой, для школы? Эти вопросы вызывают острые дискуссии. Проблема соотношения системы научного знания и учебных предметов является для педагогики важнейшей. Понятно, что при ее решении нужно исходить прежде всего из научно обоснованных прогнозов развития общества (в том числе и науки). Но как бы рационально ни было определено содержание образования, как полно ни были бы учтены при этом перспективы развития общества, как четко на этой основе ни была бы определена система учебных предметов (и программ) для школы, нельзя забывать о тех, кто будет овладевать этими учебными предметами, — об учащихся, прежде всего об их психических свойствах и возможностях. Каковы возможности и резервы психического развития человека на разных возрастных ступенях? Есть ли какие-либо ограничения (пределы) этих возможностей? В чем состоят особенности каждой ступени? <...>

Не менее остро потребность в психологии обнаруживается, когда педагогика обращается к проблемам воспитания. Целью воспитания является формирование личности, соответствующей требованиям развивающегося общества. Вряд ли нужно доказывать, что достижение этой цели предполагает изучение закономерностей процесса формирования личности: ее направленности, способностей и потребностей, мировоззрения, самостоятельности мышления, творческого потенциала и др.

На границах между педагогикой и психологией развиваются педагогическая психология, а также связанные с нею возрастная и детская (как самостоятельная область) и ряд специальных областей психологии (тифлопсихология, сурдопсихология и др.).

Наконец, потребность в психологических исследованиях испытывают и технические науки, прежде всего те, которые связаны с разработкой систем управления, созданием роботов, компьютеров, систем коммуникации и средств отображения информации. Данные о психических функциях, процессах и свойствах человека необходимы техническим наукам в двух планах. Во-первых, для того, чтобы заранее определить, как будет работать человек с создаваемыми техническими устройствами. Во-вторых, эти данные Иногда могут служить основой технических решений при создании Устройств, имитирующих некоторые характеристики психических процессов и функций (например, при разработке искусственных органов чувств).

Как известно, данные психологии сыграли определенную роль в формировании кибернетики, послужившей теоретической, основой ряда новых направлений в технических науках. В свою очередь кибернетика оказала стимулирующее влияние на психологические исследования (прежде всего познавательных процессов и механизмов регуляции поведения).

На границах технических и психологических наук также формируются специальные дисциплины и направления. Важнейшей среди них является инженерная психология, изучающая психические явления с целью решения инженерных задач.

Инженерная психология сыграла решающую роль в формировании особого комплекса, получившего название «эргономика». Наряду с психологическими (прежде всего инженерной психологией и психологией, труда) этот комплекс включает ряд медицинских (гигиену труда и др.), биологических (физиологию труда, антропометрию и ряд других) наук, которые совместно разрабатывают практические задачи повышения эффективности и надежности систем «человек — техника""—среда»...

Заключая рассмотрение вопроса о потребностях в психологических исследованиях, возникающих в ходе развития научного знания, необходимо коснуться (хотя бы кратко) науки о всеобщих законах природы, общества и мышления — философии.

Для развития марксистско-ленинской философии значение психологии исключительно велико.

Накапливаемые в ней конкретные данные, разрабатываемые концепции и теории подтверждают правильность диалектико-материалистического решения основного вопроса философии. Они имеют прямое отношение к теории позиаиия и диалектике.

Рассматривая вопрос о тех областях знания, «из коих должна сложиться теория познания и диалектика», Ленин в качестве важнейших назвал следующие: историю философии, историю отдельных наук, историю умственного развития ребенка, историю умственного развития животных, историю языка плюс психологию, плюс физиологию органов чувств19. Как видим, в этот перечень включена группа научных дисциплин, исследующих фундаментальные проблемы ПСИХОЛОГИИ.

В общей психологии накоплено немало данных о структуре, динамике и закономерностях познавательных процессов, в возрастной и педагогической — об умственном развитии ребенка, в зоопсихологии и сравнительной, психологии — об умственном развитии животных. Философское осмысление всей совокупности этих данных составляет важнейшее условие дальнейшей разработки материалистической теории позиаиия и диалектики.

Без серьезной опоры на результаты психологических исследований немыслима философская разработка и таких проблем, как роль субъективного фактора в историческом процессе, в социальной, организации и управлении обществом, соотношение сознательного и стихийного в революционном движении, познавательная деятельность человека, творческое мышление, роль интуиции в познании и многих других.

Таким образом, сама логика развития всей системы научного знания диктует постановку проблем, которые относятся к компетенции психологии. В связи с этим существенно изменяются положение и роль психологической науки в данной системе. Она ста- новится важнейшим звеном, связующим целый ряд различных областей научного знания, в определенном аспекте синтезируя их достижения. Без ее всестороннего развития невозможно обеспечить полноценные взаимосвязи между биологией* и историей, медициной и педагогикой, техникой и экономикой и другими науками в изучении человека и решении практических задач, относящихся к человеческому фактору в жизни общества <...>

Важнейшая функция психологии в общей системе научного знания состоит в том, что она, синтезируя в определенном отношении достижения ряда других областей научного знания, является интегратором всех (или во всяком случае большинства) научных дисциплин, объектом исследования которых является человек. Как отмечал Ананьев, именно в этом состоит ее историческая миссия, с этим связаны перспективы ее развития. Психология осуществляет интеграцию данных о человеке на уровне конкретно-научного знания. Более высокий уровень интеграции — это, конечно, задача философии.

Широкий фронт связей психологии с другими фундаментальными науками и научно-практическими комплексами (и связанное с этим ее особое положение в системе наук) является важным фактором ее развития, в значительной мере обусловливает специфику дифференциации и интеграции психологического знания.

В психологии как особой области знания объединяется целый ряд специальных дисциплин, связи между которыми далеко ие всегда видны на поверхности (например, психофизиология и социальная психология). Но, несмотря на свою порой кажущуюся «несовместимость», они все тем Не менее относятся к единой области знания. В конце концов их общая задача состоит в изучении сущности одного и того же класса явлений—психических. Базой объединения всех специальных психологических дисциплин является общая психология, экспериментально и теоретически разрабатывающая основные психологические проблемы.

Экстенсивная дифференциация психологической науки создает, конечно, немалые трудности для синтеза накапливаемых в ней данных. Порой различие подходов и методов, используемых в разных специальных психологических дисциплинах, «заслоняет» общие задачи. Совместная работа психологов иногда выглядит Как строительство библейской «вавилонской башни».

И тем не менее главный объект исследования всей системы психологических дисциплин один и тот же. Это — человек, его психические процессы, состояния и свойства.

Изучая их, психология использует достижения всех других наук, разрабатывающих в той или ииой связи проблему человека. И она не может развиваться, ие используя эти достижения. Трудно рассчитывать на серьезные успехи в исследовании психических процессов как функций мозга (и понять их специфику), не опираясь на ту совокупность данных, которые накоплены в других науках о мозге. Точно так же нельзя исследовать психологические характеристики личности и ее социального поведения, не опираясь на знания объективных законов жизни общества.

Известно, что психология как самостоятельная область науки начала формироваться позднее других (если не всех, то многих) фундаментальных наук. И этот факт не случаен. Он вполне закономерен. Ее формирование не могло начаться прежде, чем другие науки не достигли определенного уровня развития, т. е. прежде чем не была создана необходимая научная база, которая позволила бы вычленить собственно психологические проблемы и наметить пути их решения.

Конечно, некоторые общие идеи относительно природы и сущности психики высказывались в процессе развития философии начиная с древнейших времен. В развитых философских системах психология выступала как их относительно самостоятельная часть...

Однако философские трактовки психики (и материалистические и тем более идеалистические) были весьма абстрактными и не могли сами определить возникновение психологии как специальной области науки. Они разрабатывались главным образом в связи с решением основного вопроса философии: об отношении сознания и мышления к бытию, а также в этических и эстетических учениях.

Развитие материалистической философии подготовило почву для того, чтобы психические явления, трактуемые идеализмом как существующие вне и независимо от материи, стали рассматриваться как особое свойство материи. Но благодаря этому сложились лишь общие предпосылки выделения психологии в особую область научного знания. Чтобы эти предпосылки реализовались, потребовался длительный путь развития конкретных (специальных) наук о природе и обществе.

Непосредственные предпосылки ее возникновения формировались в развитии прежде всего естественных наук. Именно в них проблемы психологии были сформулированы как конкретно-научные. Решающую роль в возникновении некоторых направлений психологической науки сыграла эволюционная теория Ч. Дарвина, который, кстати, сам сформулировал ряд гипотез относительно законов и механизмов некоторых психических явлений. Разработка проблем развития жизни и возникновения человека неизбежно вела к постановке проблем возникновения и развития психики.

Что касается общественных наук, то в ходе их развития также формировались проблемы, идеи и гипотезы, по существу относящиеся к психологии.

Революционизирующая роль в развитии этих наук принадлежит учению Маркса о развитии общества как естественноисторическом, т. е. подчиняющемся объективным законам, процессе. Не случайно Энгельс и Ленин сравнивают научный подвиг Маркса в обществоведении с подвигом Дарвина в естествознании. Исследование объективных законов развития общества также неизбежно вело к постановке психологических проблем, таких, как происхождение и историческое развитие человеческой психики, ее качественного своеобразия (в отличие от психики животных), деятельности, общения, личности, взаимоотношения общественного и индивидуального сознания и др.

Конечно, перечисленные проблемы ставились в немарксистских направлениях обществознания. Но лишь марксистское учение об обществе определило пути объективного изучения социальной детерминации психики человека и создало реальную основу научного решения этих проблем.

Таким образом, именно в ходе развития естественных наук, с одной стороны, и общественных — с другой, складывалась проблематика психологической науки.

В этом процессе формировались и ее методы. На первых порах использовали те методы, которые сложились в связи с разработкой других проблем и для других целей. Но в ходе собственно психологических исследований эти методы трансформировались, уточнялись, совершенствовались применительно к проблемам психологии.

Психология часто заимствовала из других наук также теоретические схемы и концепции (одним из примеров такого заимствования может служить принцип рефлекторной дуги). Однако попытки их последовательного применения, как правило, показывали их ограниченность и односторонность. Нередко эти попытки приводили к утрате качественной определенности психических явлений, к их подмене явлениями другой природы и даже к отрицанию реальности психики. Под сомнение ставился вопрос и о статусе психологии как самостоятельной области научного знания. Споры о предмете психологии и подходах к его исследованию пронизывают всю историю ее развития. Иногда в борьбе с психологией высказывались аргументы типа: поскольку наука показывает, что души нет, не может быть и психологии как науки. Это, конечно, наивный аргумент, не способствующий развитию знания (не только психологического, но и научного знания в целом).

Да, конечно, Души, как некой самостоятельной субстанции, нет. Но психические явления — это неоспоримая реальность, причем такая, которая проявляется в жизни человека мощнейшим образом.

Трудно даже на минуту представить себе человека просто как созданный эволюцией своего рода биологический или физиологический «препарат» или биофизическое устройство, без субъективности восприятия, без человеческих эмоций, переживаний, отношений— словом, без того, что принято называть «субъективным миром».

Столь же трудно представить его и как некий «сгусток социума», «социальную монаду», поведение которой жестко и однозначно диктуется «общественной машиной». Законы общества не существуют вне деятельности живых людей, обладающих сознанием и волей, желаниями и потребностями — психическими качествами.

Следование принципам научного познания вовсе не требует отказывать в существовании явлениям, пути исследования которых еще не вполне ясны. Наоборот, они требуют активного поиска этих путей, поскольку на фоне «белых пятен» на «карте» научного знания и то, что уже хорошо изучено, часто выглядит искаженно.

Вопрос о том, как родившийся живой комочек материи в процессе развития становится общественно активным человеком, обладающим сознанием и волей, эмоциями и разумом, характером и талантом, не может быть просто отвергнут наукой. Этот процесс закономерен хотя бы только потому, что он повторяется миллиарды раз. Вопрос о том, как этот процесс происходит, должен быть решен, а это невозможно сделать, минуя психологию (хотя, конечно, в ее взаимодействии с другими науками).

Когда к исследованию психических явлений применяются теоретические схемы и методы, сложившиеся в других науках, и оказывается, что они не раскрывают существа этих явлений, такую попытку неверно оценивать как совершенно бесплодную. Здесь важен не только позитивный, но и негативный результат, не всегда очевидный вывод о том, что психическое не может быть сведено к явлениям, имеющим другую качественную определенность. Это значит, что оно обладает качественным своеобразием.

Механический перенос методов и теоретических схем одной науки в другую ведет к таким упрощениям, которые смазывают качественные различия изучаемых явлений; происходит «соскальзывание» с одного предмета на другой, что часто называют редукционизмом <...>

Обсуждая проблему редукционизма, важно иметь в виду одну тонкость. Если методы и концептуальные схемы других иаук применяются в психологии с целью исследовать место и роль психических явлений в системе других явлений действительности, вскрыть их предпосылки и основания их качественного своеобразия, то это не только допустимо, не и необходимо. Это—неизбежный момент познания. Когда же эти методы и схемы абсолютизируются, применяются без учета качественных различий изучаемых явлений, тогда действительно возникает опасность подмены предмета исследования — редукционизм в дурном смысле слова: делается вывод о том, будто бы то, что в эти схемы не укладывается и этими методами не обнаруживается, не существует. Такой способ использования достижений пограничных наук есть не что иное, как проявление метафизического подхода. Для психологии (и ие только для нее) опасно не само по себе применение методов и теорий, сложившихся в других науках, страшны неправомерное расширение сферы их действий, их абсолютизация. Каждая теоретическая схема, каждое понятие, каждый метод, заимствованные из других наук, должны пройти через «горнило методологии».

Подмена психологии физиологией или социологией, конечно, не содействует прогрессу знаний о сущности психических явлений. Однако их исследование необходимым образом требует опоры на достижение и физиологии и социологий <...>

Особенно большое значение для психологии сейчас приобретает принцип системности, который должен обеспечить синтез всего того ценного для понимания психики, что накапливается и в физиологии, и в биологии, и в социологии, и в других областях науки, а вместе с тем раскрыть качественную специфику психических явлений.

Взаимосвязи психологии с другими науками диктуются не только логикой (законами) процесса научного познания, но и самой сущностью познаваемого объекта. В их многообразии отражается объективное многообразие связей и отношений, в которых существует и развивается психика как реальность <...>

Но прогресс психологического знания предполагает также н развитие связей между самими специальными психологическими дисциплинами, т. е. связей внутренних. Любая из них — возникла ли она на границах с естественными или общественными науками— раньше или позже, но неизбежно обращается к достижениям других психологических дисциплин, а в конечном счете — ко всему «спектру» основных проблем психологии.

Так, психофизика, возникнув на границах психологии и физики, логикой своего развития вынуждена обращаться к результатам, накапливаемым не только теми дисциплинами, которые связывают психологию с естествознанием, но и теми, которые связывают ее с общественными науками. В свою очередь социальная психология все чаще обращается к данным психофизики, психофизиологии и других психологических дисциплин, развивающихся на границах с естественными науками.

Психологическое знание, таким образом, органически объединяет позиции естествознания и обществоведения в изучении человека.

Взаимосвязи психологических наук — как внешние, так и внутренние— являются важнейшим условием ее прогресса. В зонах этих взаимосвязей содержатся большие резервы развития психологического знания.

Психология формировалась и развивается в неразрывной взаимосвязи с другими областями научного знания. В зонах этих взаимосвязей содержатся большие резервы развития психологического знании. Именно здесь в первую очередь возникают новые

4 Заказ 5162 проблемы, открываются возможности поиска новых путей исследования, формируются новые методы, лолучаются новые факты, создаются новые концепции и теории.

Ломов Б. Ф. Методологические н теоретические проблемы психологии. М., 1984, с. 11—24.

<< | >>
Источник: В. В. Мироненко, А. В. Петровский. Хрестоматия по психологии: Учеб. пособие для студентов пед. ун-тов.— 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Просвещение.— 447 с.. 1987

Еще по теме Б. Ф. Ломов ПСИХОЛОГИЯ В СИСТЕМЕ НАУЧНОГО ЗНАНИЯ:

  1. 1. Проблема человека в системе современного научного знания. Личность в философии, социологии и психологии.
  2. §2. КУЛЬТУРОЛОГИЯ В СИСТЕМЕ НАУЧНОГО ЗНАНИЯ
  3. 5.4. ИНФОРМАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА В СИСТЕМЕ НАУЧНОГО ЗНАНИЯ
  4. Лекция 1. Личность в системе современного научного знания
  5. Ф. Ломов ПРОБЛЕМА ОБЩЕНИЯ В ПСИХОЛОГИИ
  6. Научные знания
  7. Лекция 3 Типы знания, подавленного научным рационализмом
  8. Научные и практические знания Древнего Египта
  9. 1.1. Развитие научного знания о причинах и путях борьбы с преступностью
  10. § 1. Особенности научного знания о социальной реальности
  11. Научные и технические знания Ближнего Востока
  12. СОСТОЯНИЕ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ В СОЦИАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XX ВЕКА
  13. 10 . 4 . PR-образование и проблемы обучения PR как междисциплинарной области науки и практики PR как область научного знания
  14. Этническая социология в системе научных знаний
  15. Место детской психологии в системе смежных наук