загрузка...

Глава 10

Иудейское наступление на Русь в XIV—XVI веках. — Стригольники. — Секта жидовствующих. — Отрицание Христианской веры и иконоборчество. — Иудей Схария. — Проникновение еретиков в духовенство и царское окружение. — Борьба русских людей против жидовства. — Геннадий Новгородский и полный перевод Библии. — Обличительные сочинения Иосифа Волоцкого. — Антиеретические сборники Нила Сорского. — Осуждение жидовствующих на Соборах 1490 и 1504 годов. — Казнь еретиков. Разложение Западной церкви и подспудное наступление иудаизма воспринимались на Руси XIV—XVI веков как знаки предсказанного в Библии явления антихриста. Русская держава, полнокровно осознавшая себя Третьим Римом — духовным центром Христианского мира, последовательно и убежденно боролась за чистоту Православной веры и против ее главных противников — иудеев и еретиков. Превращение России в духовный центр Христианской цивилизации по времени почти совпало с установлением тайного иудейского талмудического центра на западнорусских землях, оккупированных тогда Польшей и Литвой. Хотя въезд иудеев в Россию был перекрыт временной границей, их постепенное тайное наступление против оплота Христианского мира осуществлялось неуклонно через появление разных иудейских еретических движений. Самым значительным иудейским еретическим движением в Древней Руси была «ересь жидовствующих», распространившаяся в последней трети XV-на чале XVI века. Свое название она получила от слова «жидовство», которое является русским переводом латинского judaism, т. е. иудаизм, иудейская религия, и означает, таким образом, не национальность, а вероисповедание. Но «наименование религии сплошь и рядом обращается в нарицательное имя и самого народа», и иудаистов независимо от их этнического происхождения называли «иудеями», «каковое имя в устах татар и турок звучит “ягуди”, а в Литве и Польше произносилось и произносится “жиды”»94. Этот термин впервые появляется в древнерусских документах уже в XI веке. Например, Феодосий Печерский (| 1074) в своем Поучении о казнях Божиих пишет: «Божии суть врази: жидове, еретеци, держащее кривую веру». В славянском переводе Священного Писания слово «жидовин» используется как равнозначное слову «иудей». В славянском переводе XI века Пандекта Антиоха читаем: «Повеле тебе духовному жидови- ну». У И. Срезневского «жидовитися» означает принимать веру еврейскую: «Множьство людии жидовяхуся (judaismum accipiebant). — Есф. VIII. 17 по списку XIV в.»95 Старославянский перевод 29-го Правила Поместного Лаодикий- ского Собора звучит так: «Не подобает крестьяном жидовьствити», «Аще обря- щутся жидовствующе, да будут прокляти». Во Временнике Георгия Амартола по списку XIV-XV веков есть также термин «жидовцеумец»: «Бегай от дерзновения толикыя хулы срациноверныи к жидовьцюоумцю»96. Для православного русского человека этой эпохи слово «жид» было синонимом понятиям «враг веры», «противник Христа». В случае с ересью жидовст- вующих именно так и было. Продолжая тысячелетние традиции тайных иудейских сект, жидовствующие выступали против Христианского учения, отрицали Святую Троицу, хуля Сына Божия и Святого Духа. Они отвергали Божество Спасителя и Его Воплощение, не принимали спасительных Христовых Страстей, не верили Его преславному Воскресению, не признавали они и всеобщего воскресения мертвых, отрицали Второе славное Пришествие Христово и Его Страшный Суд. Они не признавали Духа Святого как Божественной Ипостаси. Жидовствующие отвергали Апостольские и Святоотеческие писания и все христианские догматы, учили соблюдать закон Моисеев, хранить субботу и праздновать иудейскую пасху. Они отрицали церковные установления: таинства, иерархию, посты, праздники, храмы, иконопочитание, все священные предметы, службы и обряды. Особенно ненавидели они монашество. Жидовстующие надругались над Честным Крестом, Святыми иконами и Мощами, совершая над ними бесчинства, непредставимые для человека, выросшего в Православной вере. По свидетельству Святого Иосифа Волоцко- го, глумясь над Святынями, они говорили: «Надругаемся над этими иконами, как жиды надругались над Христом». Продолжением этого глумления над всем святым были блуд и разврат. Жидовствующие священники совершали Божественную литургию, наевшись и напившись, после блуда, кощунственно ругались над Святым Телом и Честной Кровью Христовой и совершали другие осквернения, о которых, по словам преподобного Иосифа Волоцкого, «нельзя и написать». Жидовствующие возбуждали в малодушных и маловерных сомнение в некоторых местах Священного Писания, и прежде всего Нового Завета; соблазняли и с помощью распространяемых ими отреченных, т. е. осужденных Церковью, книг — пособий по тайным наукам — и искаженных списков Священного Писания; пользовались и всем доступным им арсеналом иудейского чернокнижия и колдовства97. В организации секты жидовствующих многое напоминало будущее масонство: строгая законспирированность, проникновение в высшие слои правительства и духовенства; ритуал, включающий «обряд» поругания Святыни; формирование системы «учитель-ученик» вне традиционных православных представлений. Являясь непримиримыми врагами Христианства, жидовствующие скрывали ненависть к нему, втайне рассчитывая постепенно разрушить его изнутри. Перед людьми, твердыми в вере, еретики представляли себя «добрыми христианами» и «образцовыми ревнителями Православия». Начало ереси относится к 1471 году, когда в Новгород в свите князя Михаила Олельковича из Киева прибыл жидовин Схария («Захарья евреянин», «Захарья Скарья жидовин»), князь Таманский. Этот хорошо образованный и обладавший большими международными связями жидовин принадлежал к иудейской секте караимов, имевшей широкую сеть своих организаций в Европе и на Ближнем Востоке. Караимы относились к одному из течений иудаизма, выполнявшему почти все его установления, но признававшему Иисуса Пророком. Караимство возникло в VIII веке в Вавилонии, вобрав в себя мелкие иудейские секты и традиции саддукеев. В отличие от иудеев-раввинистов, руководствовавшихся преданием и Талмудом, караимы считали себя вправе обращаться к закону Моисея без посредников98. К числу наиболее почитаемых книг в этой секте, кроме Пятикнижия Моисея (Торы), относились сочинения Анан бен Давида, Моисея Маймонида и Аль-Газали, а также труды по каббале, астрологии и другим оккультным наукам. Как сообщал Святой Иосиф Волоцкий, основатель секты Схария «изу чен всякому злодейства изобретению, чародейству же и чернокнижию, звезда- законению и астрологии». Еще с X века караимы имели тесные связи с Иерусалимом и Константинополем. Как сообщает историк З. Анкори, «Иерусалим X века был связан с Троками (местечко Трокай в Литве. — О. П.) позднего средневековья через плодотворное посредство караимского центра в византийском Константинополе». В XIV—XV веках караимы активизировались в Византии, Турции, Болгарии и на Руси99. Как писал Г. М. Прохоров, «когда обнаруживается, что византийско-турецкие жидовствующие были «сионитами», ревностнейшими из караимов, большие расстояния — географические и временные — между Малой Азией и Балканами XIV века и Великой Русью XIV—XVI веков оказываются преодоленными цепью взаимосвязанных караимских общин — в Крыму, Литве и Западной Руси. Караимы обитали на Крымском полуострове и прилегающих к нему землях задолго до XIV века — по крайней мере, судя по письменным данным, не позже, чем со второй половины XII века. От своих ближневосточных и балканских единоверцев северо-восточные караимы получали учительную литературу и учителей»100. В XII—XIII веках немецкие раввины в Регенсбурге получали сочинения караимов через Русь. Крымская и киевская общины постоянно получали религиозную литературу и сведущих в ней людей из Вавилонии, Палестины и Константинополя101. До возникновения ереси жидовствующих иудейская секта караимов уже предпринимала свое антихристианское наступление на Русь в XIV—XV веках. Это наступление можно усмотреть в секте стригольников, действовавшей в Пскове, от которого рукой подать до Трок в Литве — одного из главных центров караимов. По предположению исследователя М. М. Елизаровой, слово «стригольник» отражает еврейское словосочетание, основанное на словах «делать тайным», «скрывать» и «открывать», «обнажать», «быть изгнанным». Таким образом, в переводе с еврейского языка слово «стригольник» означало «хранящий откровение» или «тайный изгнанник» — понятие, близкое лексике тайных обществ гностиков и манихеев. Как считает уже упомянутый мной Г. М. Прохоров, «стригольничество — след первого влияния караимства в Северной Руси»102. О связи стригольников с иудеями-караимами и о близком к ним учении сообщает Стефан Пермский (| 1386): «Не достоит-де над мертвым пети, ни поминати, ни службы творити, ни милостыни давати за душю умершего». Стригольники, писал в 1427 году митрополит Фотий, «саддукеем о нем проклятым подражающе суть, еже и яко и воскресению не надеюще быти мняху». Кроме того, веруя в Бога, стригольники, подобно караимам и «жидовская мудрствующим», не веровали в Божественность Иисуса Христа: дьявол, говорит в своем послании на Русь Константинопольский патриарх, соблазнил их, не сумев прельстить многобожием, в противоположное заблуждение — «сотвори Сына Божия тварь именовати». Они также отвергали евхаристию и предавались «книжным мудрствованиям», по-своему толкуя «словеса книжная, яже суть сладка слышати хрестьяном». Создавая секту жидовствующих в Новгороде, караим Схария, по-видимому, выполнял задание одного из международных иудейских центров и учитывал опыт деятельности стригольников. В короткий срок этому иудейскому конспиратору удалось сколотить тайное общество, численностью по меньшей мере в 33 человека, из которых 27 составляли священники, их ближайшие родственники, дьяконы и клирики. Быстрое распространение иудейской ереси в русской духовной среде объяснялось состоянием православного вероучения и церковной литературы в XIV-XV веках. Исторически сложилось так, что в состав служебных книг вошло немало элементов, отражающих скорее иудейскую, чем православную, традицию вероучения. В русских рукописях оказалось значительное число материалов, входивших в «круг важнейших синагогальных праздничных и будничных чтений»103. Псалмы, найденные у еретиков, оказались еврейским молитвенником «Махазор». Архимандрит Кирилло-Белозерского монастыря Варлаам заметил по их поводу: «Ни в одном из псалмов этого перевода нет пророчеств о Христе». Н. С. Тихонравов сделал вывод, что это не Псалтирь Давида, а молитвы иудейские, употребляемые при богослужении, в которых ярко просвечивается иудейская оппозиция (неприязнь) учению о троичности лиц Божества. Сравнивая Псалтирь с молитвенником «Махазор», Н. С. Тихо- нравов установил их тождество. В XV веке по еврейскому тексту было исправлено Пятикнижие Моисея, в иудейской (негреческой) традиции переведена книга Пророка Даниила. Иудейский перевод «Есфири» появился вообще в конце XIV века. И. Е. Евсеев отметил, что этот перевод свидетельствует о «высоком и исключительном уважении переводчика к еврейской истине. В местах христологических пророческих выразительно внесено понимание раввинское»104. «Здесь мы имеем, — заключают исследователи, — таким образом, вековую литературную традицию перевода с еврейского»105. «Шестокрыл» с иудейским летосчислением, «Логика» Моисея Маймонида, астрологические трактаты, атеистические сочинения Раймонда Луллия были широко распространены в русских рукописях XV-XVI веков. Иудейские традиции просматривались и в так называемой хронографической редакции Толковой Палеи. Представленная рядом рукописей начиная со второй половины XV века, она содержала большое количество апокрифического материала, имеющего иудейские источники106. Длительное существование иудейской книжной традиции на Руси объясняет в немалой степени успех пропаганды Схарии. Посеять сомнения, основываясь якобы на канонической книге, было основным способом обратить в ересь.
Этот механизм обращения показан в сочинении инока Зиновия Отен- ского, разоблачающем ересь Феодосия Косого. Некие крылошане пришли к иноку Зиновию спросить, истинно ли учение Феодосия Косого. Сами же они, как видно из их рассказа, склонялись к тому, что оно истинно. «Косой посему истинна учителя сказует, понеже в руку имеет книги и тыя разгибая, комуждо писаная дая, самому прочитати и сея книги рассказует. А попы и епископы православные — ложные учителя, потому что, когда учат, книг в руках не имеют»107. Использование в русских служебных книгах текстов, чуждых православной традиции, вызывало у людей сомнения в правильности их исповедания Христианской веры. Первым внешним проявлением ереси жидовствующих уже в 1470-х годах стали иконоборческие демонстрации. Еретики, ссылаясь на Пятикнижие Моисеево, стали призывать к уничтожению икон. «Они, — писал Иосиф Волоц- кий, — запрещали поклоняться Божественным иконам и Честному Кресту, бросали иконы в нечистые места, некоторые иконы они кусали зубами, как бешеные псы, некоторые разбивали, некоторые бросали». Несмотря на неприличный, скандальный характер, который приобретала ересь жидовствующих, ее влияние усиливалось. Примерно в 1480 году еретики проникают и в Москву. Здесь они расширяют свою организацию за счет видных государственных деятелей из окружения самого Царя Ивана III. Кроме священников главных соборов Кремля, еретики привлекли к себе многих бояр, руководителя русской внешней политики дьяка Федора Курицына108 и даже ближайшее окружение Наследника Русского Престола. Участие в тайной организации значительного числа государственных людей во многом объяснялось хорошим отношением к жидовину Схарии самого Ивана III, вплоть до 1500 года приглашавшего этого иудея к себе на службу. Деятельность секты была разоблачена в 1487 году архиепископом Геннадием, сообщившим о ней Царю и митрополиту Геронтию. По указанию Царя несколько еретиков, названных Геннадием, были арестованы и под вергнуты «градской казни» (наказание кнутом на торгу) за надругательство над иконами. Высокопоставленные покровители жидовствующих не допустили осуждения ереси как таковой. На Соборе 1488 года были объявлены только незначительные преступники, а сама секта и ее руководители названы не были. В 1490 году главой Русской Церкви стал митрополит Зосима, втайне поддерживавший ересь жидовствующих, которого Иосиф Волоцкий назвал «вторым Иудой»109. Тем не менее в этом же году, несмотря на противодействие митрополита Зосимы, Собор Русской Церкви уже публично осудил еретиков, назвав в своем приговоре дела их «жидовскими», а их самих «сущими прелестниками и отступниками веры Христовой»110. Против жидовствующих встали все русские люди. Православная Церковь в лице ее лучших представителей: Иосифа Волоцкого, Нила Сорского, архиепископа Геннадия Новгородского — дала еретикам достойный отпор. Прежде всего были просмотрены церковные книги и из них изъято все чуждое русской православной традиции, ликвидированы иудейские синагогальные тексты, все сомнительные места, которыми еретики прельщали православных священников. По инициативе архиепископа Геннадия была полностью переведена Библия111. Этот перевод окончательно обезоруживал еретиков, которым в своих аргументах против Христианства оставалось прибегать только к открытому обману. Архиепископ Геннадий организовал также перевод полемических сочинений, в которых представлялось систематическое опровержение иудейских сект. Были переведены сочинение магистра Николая Делира «чина меньших феоло- гии преследователя, прекраснейшие стязания, иудейское безверие в Православной вере похуляюще»; сочинение «учителя Самоила Еврейна на Богоотметные жидове, обличительно пророческими речьми»; сочинение Иакова Жидовина «Вера и противление крестившихся иудей в Африкии и Карфагене». В открытую полемику с жидовствующими вступает Иосиф Волоцкий. В своем сочинении «Просветитель» он в целях борьбы с ересью собрал в единое целое фрагменты Священного Писания и святоотеческих творений, эпизоды из житий Святых и из истории Церкви. В первом слове Иосиф Волоцкий занимается опровержением еретиков, «глаголющих, яко Бог Отец Вседержитель не имать Сына ни Святаго Духа единосущны и сопрестольны Себе и яко несть Святыя Троица». Во втором слове Иосиф опровегает еретиков, «глаголющих, яко Христос не родился есть, но еще будет время, егда имать родитися, а его же глаголют христиане Христа Бога, той простой человек есть, не Бог». Третье слово подвергает критике то мнение еретиков, по которому «закон Моисеев подобает держати и хранити и жертвы жрети и обрезыватися». В четвертом слове доказывается неосновательность мнения, исходя из которого еретики говорили: «Еда не можаше Бог спасти Адама и сущих с ним, еда не имеаше небесныя силы, и Пророки, пра- ведникы, еже послати исполнити хотение свое, но сам сниде, яко нестяжатель и нищ, и вочеловечився, и пострада, и сим прехитри диавола, не подобает убо Богу тако творити». В восьмом слове Иосиф защищает истинность отеческих писаний против ереси новгородских еретиков, утверждавших ложность писаний Святых отцов на основании того, что 7000 лет от сотворения мира прошло, а Христос во второй раз не явился. В девятом — защищает писания апостольские, подтверждая их истинность местами из Священного Писания, доказывая, что они внушены Святым Духом. В десятом защищает от нападок еретиков писания Ефрема Сирина, в которых говорится, что творения его ложны. Здесь же приводятся доказательства из Священного Писания, что творения Святого Ефрема истинны и соответствуют тому, что говорили Пророки, Евангелисты и Апостолы. В двенадцатом слове Иосиф доказывает, что если святитель будет еретиком, если он не благословит или проклянет кого от православных, то его проклятие ни во что не вменится. Свои опровержения еретиков Иосиф основывает на Священном Писании, преимущественно Ветхом Завете, Отцах Церкви, историках Церкви и даже светских писателях. В словах его виден ум светлый, последовательность, логичность изложения. Четвертое слово особенно отличается глубиной мысли, и специалисты справедливо называют его глубоко богословским сочинением112. Иосиф Волоцкий не щадит красок для описания еретиков. Еретики для него — сквернии пси, змии, таящиеся в скважине, языки их скверны, уста мерзки и гнилы, они — люди нечистые, пьяницы и обжоры, в обществе они сеют сласти житейские, тщеславие, страсть к сребролюбию, сластолюбию и неправду. В частности, Схарию Иосиф Волоцкий называет диаволовым сосудом, протопопа Алексея — окаянным сатаниным сосудом, диаволовым вепрем; еретика Истому — стаинником диавола, адовым псом. Но особенно обличает Иосиф Волоцкий митрополита Зосиму. Он называет его окаянным, сквернителем, калом блудным, прескверным сатаною, ехидниным исчадием, сосудом злобы, головней содомского огня, змием стоглавым, пищей вечного огня, новым Арием, злым Манентой, сатаниным первенцем, прескверным сквернителем других содомскими сквернами, пагубным змием, обжорой и пьяницей, по жизни сви ньей, гонителем православных. Из одного этого перечня названий видно, какими глазами Иосиф Волоцкий и русские люди этого времени смотрели на еретиков. Это, по его понятию, самые безнравственные, самые вредные люди, которые стараются развратить общество и в религиозном, и в нравственном отношении. Иосиф удивляется, как еще терпит земля таких людей113. Особую роль в защите Святых икон кроме Иосифа Волоцкого и Геннадия Новгородского играл в период борьбы с еретиками Нил Сорский, составивший сборник житий, куда включил, в частности, жития Феодора Студита и Иоанна Дамаскина, также осуждавших иконоборчество. В Соборном обвинении жидовствующих в 1490 году говорилось, что они, ссылаясь на Ветхий Завет, не поклонялись Святым иконам, «хуляще и ругаю- щеся: та суть дела рук человеческих, уста имут и не глагалют и прочее, подоб- не им да будут творящими и вси надеющиеся на ня»114. В житии Феодора Студита прямо показывалось, что причиной и источником иконоборческой ереси является иудаизм. Житие рассказывает, что царь Лев Исавр созвал церковный Собор, призывая Церковь к отречению от Святых икон. На Соборе Феодор Студит, разоблачая еретические заблуждения царя, задал ему прямой вопрос: «Откуда ти, о Царю, сие умышление: ниоткуду точию от Ветхаго Закона Писании». И царь, ссылаясь на Ветхий Завет, много говорил против иконопочитания: «Горе доле Ветхий Завет обращаще и к сему притекаше. От оного пособие своему суесловию приемля... и словеса утвержа- юща». Он доказывал, что иконопочитание неправомерно, так как Господь в законе, данном Моисею, заповедал: «Не сотвори себе кумира и всякого подобия». На эти измышления Феодор Студийский возражал царю: если уклоняться к Ветхому Закону, тогда надо и полностью исполнять его, т. е. «обрезо- ваться и суботьствовати». Между тем действие Ветхого Закона прекращено благодатью Нового. Ветхий был дан только на время одному народу иудейскому в едином месте. Место это разорено по «Господню речению» о Иерусалиме: «Не останется зде камень на камени, иже не разорится. С разорением Иерусалима отошло и все ветхой службы делание»115. Ту же мысль в Словах о защите иконописания проводит и Иоанн Дамаскин. «Ветхозаветный запрет делать «всякое подобие», на который прежде всего и ссылались иконоборцы, имел в понимании Дамаскина временное значение и силу, был воспитательной мерой для пресечения склонности иудеев к идолопоклонству. Но... в царстве благодати не весь Закон сохраняет силу»116. В сборники Нила Сорского вошли также жития Феодосия Великого, Ев- фимия Великого, Саввы Освященного, являвшиеся ценными источниками по истории ересей. Они свидетельствовали о борьбе Церкви за Халкидонский догмат о Богочеловечестве Христа. Евфимий Великий, как сообщает житие, «правомудрствуя и святым отцам последуя», противостоял «жидомудренному» Несторию. Житие Святого Саввы приводит такой случай. Неподалеку от лавры Святого Саввы еретики-несториане составили монастырь. Святому было видение, как во время литургии после всеобщего воскресения некии мужи жезлами изгоняли еретичествующих монахов. Святой Савва молился о них, дабы они были прощены. На что услышал ответ: «Недостойно есть им зде быти, жидове бо суть. Не исповедающе истиннаго Бога Господа нашего Иисуса Христа и Богородицу». Милосердствуя о заблудших, Святой Савва часто приходил в монастырь несториан, умоляя их отказаться от ереси. Молитвы Святого оказались ненапрасны: монахи осудили учение Нестория и вернулись в Апостольскую Церковь. Так Православная Церковь давала пример молитвы за заблудших еретиков. Совсем иначе относились жидовствующие к православным. Они всеми силами стремились уязвить христиан, причинить им духовные и физические страдания. В своем «Сказании о новой ереси новгородских еретиков» преподобный Иосиф Волоцкий пишет, что в эти годы защитники Православия претерпели «многие преследования»: оковы, тюрьмы, разграбление имущества. Митрополит Зосима отлучал священников и диаконов от сана за осуждение еретиков и отступников. Царь ссылал невиновных в изгнание. «Другие же не страдали вместе с ними в изгнании, но утешали их письмами и помогали всем необходимым; из Святых книг они выбирали обличения против еретических речей и посылали изгнанникам, укрепляя их против еретиков». Пользуясь поддержкой высокопоставленных покровителей, жидовствую- щие добились назначения на должность архимандрита Юрьева монастыря еретика Кассиана. Владыка Геннадий, несмотря на все старания (Юрьев монастырь входил в его епархию), не мог изгнать нечестивца. Более того, жидовст- вующие путем интриг и клеветы сумели свести в 1503 году с Новгородской кафедры самого владыку Геннадия. После Собора 1490 года, осудившего ересь жидовствующих, борьба с ними продолжалась еще почти 15 лет. Только в 1504 году Царь Иван III принял решение созвать новый Собор. На нем еретики еще раз подверглись решительному осуждению, а их руководители после суда казнены.
<< | >>
Источник: Платонов О. А.. Россия и мировое зло. Труды по истории тайных обществ и подрывной деятельности сионизма.. 2011

Еще по теме Глава 10:

  1. Глава муниципального образования
  2. § 3. Глава муниципального образования
  3. Часть первая ГЛАВА I
  4. Часть вторая ГЛАВА IV
  5. Начало буквы М Глава 12 О НАЙМЕ
  6. Глава 22
  7. Глава 4
  8. Глава 30
  9. Глава 3 Организация, организационная культура и развитие
  10. Начало буквы В Глава 5 О ЦАРЕ Законы
  11. Глава III ГЕШТАЛЬТПСИХОЛОгаЯ
  12. Глава 12 Президент на пенсии
  13. Глава 4 УДЕРЖАНИЕ И СОЗЕРЦАНИЕ 1
  14. Глава 39. ВОЗМЕЗДНОЕ ОКАЗАНИЕ УСЛУГ
  15. ГЛАВА 41 Налог на прибыль организаций
  16. Глава 7. Изменение гендерных ролей