загрузка...

Векторные величины и деформация меры. 

  Предметом обществоведения являются общественные процессы, т. е., изменения систем общества во времени. Описание стабильного состояния — это всегда абстракция, поскольку эти состояния в реальности всегда представляют собой динамическое равновесие, при котором противоположно направленные процессы компенсируют друг друга. Например, «стабильная численность населения» — это состояние, при котором в единицу времени рождается столько же людей, сколько умирает. Но рождаемость и смертность — процессы очень разные, подчиняются они разным воздействиям, равновесие между ними формальное, их надо изучать и учитывать независимо один от другого.
Грубо говоря, все процессы в обществе можно разделить на два класса — процессы развития и деградации. Стабилизация — достижение динамического равновесия между ними. Обычно слово «стабилизация» используется, чтобы обозначить достижение равновесия при выходе из «плохого» состояния, в котором преобладала деградация (например, смертность превышала рождаемость). Но, строго говоря, стабилизация может быть и моментом кризиса, когда удается затормозить спад или компенсировать его ростом.
Из этого следует, что обществоведение по большей части оперирует с величинами векторными , которые характеризуются как нейтральным числом, так и направлением.  Состояние в точке, без указания направления изменений этого состояния, описывается скалярной  величиной. Человек, знающий реальное состояние, для удобства оперирует скалярными величинами, но имеет в виду вектор. В культуре меры в российском обществоведении произошел тяжелый срыв — в массовом масштабе утрачен навык различать векторные и скалярные величины. Это проявляется прежде всего в заявлениях политиков, но материалы для этих заявлений готовятся экспертами («высшей квалификации»). Эти же эксперты обучают нынешних студентов.
Поясним проблему на примерах.
В сентябре 2005 года В.В. Путин сказал: «Проводимый курс обеспечил макроэкономическую стабильность». Это утверждение повторялось буквально до того дня (в октябре 2008 г.), когда обрушилась российская биржа. Стало очевидно, что проводимый курс не обеспечил  макроэкономическую стабильность , о чем и писали после 2000 года многие российские специалисты (например, указывая на опасный рост необеспеченных кредитов). Вектор происходивших в хозяйстве процессов был определен неверно, хотя скалярные величины (доходы от нефти) внушали оптимизм.
Важной темой политических деклараций после 2004 года стали программы развития.  Развитие — вектор, это процесс созидания новых структур, укрепляющих страну и улучшающих главные показатели ее бытия. Лейтмотивом многих выступлений (в частности, посланий Президента) служила формула: «Следует принять долгосрочную программу развития…», — а дальше обозначалась какая-то сфера (дороги, судостроение и пр.).
Каждый раз эта вводная фраза противоречила реальности, ибо вслед за ней речь шла о деградации  или разрушении  этой сферы или отрасли. Иными словами, реальность описывалась векторной величиной, направленной противоположно  развитию. Если так, то и цели программы должны были соответствовать совсем иному процессу, нежели развитие.  Какой смысл принимать программу развития, если продолжает действовать механизм разрушения? Прежде надо выполнить программу по остановке и демонтажу этого механизма.
Более того, программа развития, как правило, и вырастает из программы борьбы против сил разрушения. Вдумаемся в слова Президента, который в очередном Послании (2007 г.) жалуется на Правительство: «Я уже несколько лет говорю о необходимости развития морских портов. В то же время, ситуация практически не улучшается… Правительство, как будто специально, никаких мер не предпринимает».
И так по всему кругу вопросов. «Существенным фактором… должно стать развитие речных перевозок». Нет! Развитие было с 1970 года по 1990 год — объем речных перевозок вырос тогда в три раза. А за 1990-е годы произошел спад в 6 раз, и никакого подъема не наблюдается. И созданный в 1990-е годы механизм по уничтожению водного транспорта никуда не делся! Его надо демонтировать, чтобы стало возможным вновь развивать  речной транспорт.
Такая же нечувствительность к вектору наблюдается в отношении процессов, идущих в социальной сфере. В Послании 2007 года сказано: «Разрыв между доходами граждан еще  недопустимо большой» [выделено мною — С. К-М.].
Слово «еще» искажает реальность. Оно соответствует процессу сокращения  разрыва между доходами, а вектор реального процесса противоположен. В действительности же после 2000 года этот разрыв увеличивается,  а не уменьшается. Если Послание Президента имело целью дать верную картину динамики распределения доходов в России, то фраза должна была бы звучать примерно так: «Разрыв между доходами граждан уже  недопустимо большой, но еще  не достиг показателей Конго».
Неверные определения вектору процессов давались и во время нынешнего обострения кризиса. В разгар кризиса В.В. Путин заявил на заседании Совета ЕврАзЭС (12 декабря 2008 г.): «В последнее время мы, конечно, сталкиваемся с замедлением роста объемов экономики».
На деле речь шла не о замедлении роста,  а о спаде, о сокращении объемов производства.  Это противоположно направленный вектор! В ряде важнейших отраслей спад уже был катастрофическим. Так, в ноябре 2008 года производство минеральных удобрений составило 48,4% по отношению к ноябрю 2007 года, а производство грузовых автомобилей — 41,9%.
Такова же трактовка приоритетного национального проекта «Развитие АПК», который выполнялся в 2006-2007 годы. Первое  направление этого проекта — «Ускоренное развитие животноводства», на его реализацию в течение двух лет выделялось 6,63 млрд руб. В конце 2007 года Минсельхоз заявил, что все задачи проекта выполнены. Но о каком «ускоренном развитии животноводства» можно говорить, если только за 2004 год число голов крупного рогатого скота в России убавилось на 1,95 млн голов, а посредством лизинга в «национальном проекте» было получено за два года 105 тыс. голов молодняка крупного рогатого скота.
В 2006 году министр А.В. Гордеев сказал: «В 2005 году в целом по России численность  крупного рогатого скота к уровню 2004 года уменьшилась более чем на 1,5  млн голов, в том числе коров — на 722 тыс.  голов. Таким образом, мы катастрофически теряем базу производства продукции животноводства ».
Потеря базы производства — процесс катастрофический, направленный противоположно вектору развития. Если мы взглянем на график динамики поголовья (рис. 3), то увидим, что национальный проект лишь на два года стабилизировал его — слегка затормозил, но не остановил процесс деградации.
В целом распад навыков использования инструментов количественной меры сам сложился в систему. Элементов и связей в этой системе много, мы всю ее не можем описать в одной лекции — она заслуживает целого курса. Кратко отметим здесь еще один важный провал в количественном восприятии процессов, изменений параметров во времени. Речь идет о потере чувствительности к критическим точкам.  Уже в школе нам объясняют, что эффективным средством представить ход процесса служат временные ряды. Самый простой и наглядный способ их изображения — графики функций в декартовой системе координат, где по оси абсцисс отложено время. Человеку, привыкшему к такому представлению, достаточно взглянуть на график, чтобы увидеть моменты главных событий, предопределивших ход процесса. Форма кривой, ее наклон, перегибы, спады и подъемы очень информативны, в них — история изучаемой системы.
Рис. 3. Поголовье крупного рогатого скота в России в хозяйствах всех категорий (на 1 января, млн. голов)
Рис. 3. Поголовье крупного рогатого скота в России в хозяйствах всех категорий (на 1 января, млн. голов)

Во время реформы этот данный в средней школе навык был как будто стерт из сознания российских обществоведов. Это странное явление — практически полная потеря такой важной составной части языка, необходимого для мышления и общения. Вот, Правительство представляет Госдуме отчет за год. Казалось бы, надо показать на экране график, показывающий судьбу какой-то важной системы, и объяснить решения, которые привели к характерным изменениям. Но нет, доклад составлен в уклончивых, размытых понятиях, часто изобилует метафорами.
В апреле 2009 года, в разгар кризиса, В.В. Путин сказал: «Последние годы, благодаря инвестициям и внедрению инноваций, возможности реального сектора страны самым серьезным образом выросли. Наша задача — сохранить и развить накопленный промышленный и технологический потенциал».
Какие инвестиции и инновации? Инвестиции после 2000 года шли в основном в торговлю и добычу нефти и газа, а не в «реальный сектор страны». Вот доли инвестиций по секторам хозяйства для 2006 года:
— добыча топливно-энергетических полезных ископаемых — 13,3%;
— операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг — 17%;
— производство машин и оборудования — 1%.
А главное, размеры инвестиций были очень и очень скромными. Их не хватало даже для содержания «накопленного промышленного и технологического потенциала» — этот потенциал продолжал деградировать.
А если бы на экране появился график динамики численности промышленно-производственного персонала (рабочих и ИТР) в промышленности России (рис. 4) или динамики инвестиций (рис. 5), то разговор стал бы конкретным.
Рис. 4. Численность промышленно-производственного персонала в России, млн.
Рис. 4. Численность промышленно-производственного персонала в России, млн.

Разберем кратко случай действительно аномальный — появление на графике показателя важного процесса необычной критической точки, которую можно объяснить только негласным изменением критериев учета. Речь идет о жилищном фонде, той части техносферы, прогрессирующий износ которой угрожает «шкурным» интересам подавляющего большинства населения России. Процесс этот идет безостановочно, причем с ускорением, и нет никаких надежд на то, что он вдруг сам собой остановится и повернет вспять. Но все смотрят на это равнодушно и не пытаются составить разумное представление о ситуации. Власть даже не делает успокаивающих заявлений, пусть и ложных. В них нет необходимости, ибо в обществе не проявляется беспокойство.
Рис. 5. Индекс капиталовложений в основные фонды (1990 г.= 100)
Рис. 5. Индекс капиталовложений в основные фонды (1990 г.= 100)

Суть аномалии в следующем. По данным Госкомстата, в Российской Федерации на конец 2001 года  было 90 млн кв. м аварийного и ветхого жилья или 3,1% всего жилфонда Российской Федерации. Запомним эту величину. После этого Госкомстат не публиковал этого показателя, но о динамике старения сообщалось в документах и заявлениях официальных лиц. Так, председатель Госстроя России Н. Кошман 8 апреля 2003 года сообщил прессе, что в 2002 году «в состояние ветхого и аварийного жилья перешло 22 миллиона квадратных метров».
9-11 февраля 2004 года Госстрой России, Министерство жилищного строительства и городского развития США и Всемирный банк провели в Дубне международный семинар, на котором выступали зам. Премьер-министра Российской Федерации В. Яковлев, председатель Госстроя Н. Кошман, зам. министра экономики А. Дворкович. Главный доклад сделал зам. председателя Госстроя В. Пономарев. Все это официальные лица очень высокого ранга. В пресс-релизе семинара сказано, что «ветхий и аварийный фонд ежегодно растет на 40%».
Простой подсчет показывает, что если скорость старения после 2001 года принципиально не изменилась, то к концу 2006 года категория ветхого и аварийного жилья должна была бы составить около 400-500 млн кв. м или 14-16% всего жилфонда Российской Федерации. При этом надо отметить, что масштабы сноса ветхих домов очень невелики. Счетная палата отмечает в 2005 году: «Ликвидировано за указанный период [2002-2004 гг.] ветхого и аварийного жилищного фонда 630,4 тыс. кв. м при плане 2406,0 тыс. кв. м, выполнение составило 26,2%». За три года снесено ветхого жилья 0,63 млн кв. м — величина пренебрежимо малая.
Площадь ветхого и аварийного жилья 400-500 млн кв. м — величина правдоподобная,  хотя наверняка неточная, поскольку мы можем сделать лишь грубую прикидку. Вот косвенные доводы на этот счет. Говорится, например, что в Москве ситуация лучше, чем в других местах. В мэрии Москвы в 2006 году сообщили корреспонденту «RBC daily»: «В ветхом состоянии у нас находится 28 млн кв. м жилья при общем размере жилого фонда 200 млн кв. м».
Итак, в Москве ветхое жилье составляет 14% жилищного фонда, а, согласно «Российской газете» от 2 марта 2007 г., «количество ветхих и аварийных домов в Дагестане составляет 26% жилищного фонда». Таков диапазон на начало 2007 года: от 14 до 26% жилищного фонда — ветхие и аварийные строения.
Однако в феврале 2006 года министр регионального развития РФ В. Яковлев сообщил: «Сегодня в стране насчитывается более 93 млн кв. м ветхого и аварийного жилья». 5 октября 2006 года зам. министра регионального развития РФ Ю. Тыртышов сообщает: «Доля ветхого и аварийного жилья в России достигла 3,2% от общего объема жилищного фонда, что составляет 93,2 млн кв. м».
Более того, 15 июня 2007 года на заседании Государственной думы председатель Комитета по промышленности, строительству и наукоемким технологиям М.Л. Шаккум признал: «Статистика показывает, что за последние 5 лет количество аварийного жилья увеличилось ровно вдвое. Это по данным статистической отчетности. Это совершенно точно. Поэтому данные представляются мне вполне корректными. И на основании этих данных, а мы пользуемся данными статистики и другими пользоваться не можем…».
Вот официальная таблица 6.4.2, заимствованная из Статистического ежегодника Российской Федерации издания 2009 года (в лекции — табл. 3). Из нее видно, что площадь аварийного жилья увеличилась за 5 лет (2003-2007 гг.) не вдвое, а на 32,2%. Какой же статистикой пользуется М.Л. Шаккум? Видимо, реальной! Той, которой пользуются региональные власти, имеющие дело непосредственно с населением.
Из упомянутой таблицы 6.42 Статистического ежегодника РФ за 2008 год видно, что с 1995 года по 2001 год доля ветхого и аварийного жилья увеличилась в 2,2 раза. В последующие годы ветшание как физический процесс не прекратилось и не замедлилось — объемы капитального ремонта не увеличились, снос ветхих зданий был незначительным. Почему же вдруг «остановился» износ? Это могло произойти только в результате изменения методики учета — ветхие дома стали считать «молодыми».

Таблица 3 6.42. Ветхий и аварийный жилищный фонд  (на конец года, общая площадь жилых помещений;
1990 1995 2000 2001 2002 2003 2005 2006 2007 2008
Ветхий и аварийный жилищный фонд, млн м: 32,2 37,7 65,6 87,9 87,4 91,6 94,6 95,9 99,1 99,5
Доля ветхого и аварийного жилфонда в общей площади, % 1,3 1,4 2,4 3,1 3,1 3,2 3,2 3,2 3,2 3,2

Это признак беды! Министры и их заместители, депутаты и председатели комитетов Госдумы приводят несовместимые величины — и никакой реакции! Общество получает сообщения, в которых концы не сходятся с концами — и никто этого не замечает! Общество утратило чувствительность к количественной мере самых актуальных явлений, в том числе таящих в себе большую угрозу.

Остановимся на этой аномалии: сведения о величине ветхого и аварийного жилищного фонда России, приводимые разными источниками, несоизмеримы. Более того, одни и те же люди в разной обстановке называют разные величины. Резкие и никак не объясненные изменения в динамике величин, которые присутствуют в данных Госкомстата, не вызывают вопросов и удивления даже у контролирующих органов.
Вот Отчет Счетной палаты о ходе программы переселения граждан из ветхого и аварийного жилья. В нем сказано: «По состоянию на 1 января 2000 года суммарная площадь ветхого и аварийного жилья в Российской Федерации составляла 49,78 млн кв. м (1,8% в общем объеме жилищного фонда России), в том числе аварийный жилищный фонд — 8,24 млн кв. м)».
В приведенной здесь же таблице Госкомстата мы видим, что после 1999 года начался резкий рост объема ветхого и аварийного жилья — 50 млн кв. м в 2000 году и 90 млн — в конце 2001 года. Этот рост имеет свои объяснения, которые не раз приводило руководство Госстроя Российской Федерации. Но после 2001 года, вплоть до настоящего времени практически никакого прироста этого объема как будто не происходит. Как аудиторы Счетной палаты могли не заметить этого странного явления? Как мог за эти годы остановиться процесс ветшания старых домов?
Напрашивается такое объяснение. Резкое изменение динамики старения жилищного фонда, в котором пороговой точкой стал 1999 год, побудило Правительство пересмотреть критерии отнесения жилых домов к категории ветхих и аварийных. Это было оформлено Постановлением Правительства РФ от 4 сентября 2003 года № 552 «Об утверждении Положения о порядке признания жилых домов (жилых помещений) непригодными для проживания».
Во исполнение указанного Постановления Правительства Госстрой России принял постановление от 20 февраля 2004 года № 10 «Об утверждении критериев и технических условий отнесения жилых домов (жилых помещений) к категории ветхих или аварийных». Постановление Госстроя гласит: «…2. Не применять на территории Российской Федерации Приказ Министерства жилищно-коммунального хозяйства РСФСР от 5.11.1985 № 529 «Об утверждении Положения по оценке непригодности жилых домов и жилых помещений государственного и общественного жилищного фонда для постоянного проживания». Счетная палата вскользь делает странное замечание: «Минюстом России письмом от 23 апреля 2004 года № 07/4174-ЮД отказано в государственной регистрации данного постановления».
Согласно этим новым критериям, ветшание жилищного фонда резко замедлилось (с 40 до 2% в год). Поразительно и то, что практические работники местных властей (например, правительства Москвы) продолжают пользоваться старыми критериями и сообщают соответствующие им величины прессе. Это совершенно неприемлемое в государстве положение не вызывает никакой реакции ни у экспертов, ни в администрации — хотя график динамики старения жилищного фонда России наглядно демонстрирует волюнтаристское негласное изменение критерия учета (рис. 6). Новая система учета фальсифицирует реальность. Но от реальности не скрыться, только ударит она отвернувшееся от нее государство и общество намного сильнее.
Несоизмеримость.  Неспособность почувствовать несоизмеримость величин (например, масштаб проблемы и средств для ее решения) стала общей бедой обществоведения. Очень часто и политики, и их эксперты-обществоведы говорят о насущной проблеме и о намерении ее разрешить, и называют выделенные для этого средства, приводящие людей в недоумение. Как можно не видеть, что эти средства не могут оказать на развитие проблемы какое-либо воздействие?
Рис. 6. Ветхий и аварийный жилищный фонд в РФ, млн. м2 (данные за 2002-2003 гг., обозначенные тонкой линией, взяты из интервью должностных лиц)
Рис. 6. Ветхий и аварийный жилищный фонд в РФ, млн. м2 (данные за 2002-2003 гг., обозначенные тонкой линией, взяты из интервью должностных лиц)

Так, например, существенной общественной проблемой остается возвращение населению их сбережений в государственном Сбербанке, которые они потеряли в 1992 году при либерализации цен. Правительство обещало свой долг погасить. В телефонном диалоге с народом 18 декабря 2003 года Президенту В. В. Путину был задан вопрос: «Каковы сроки погашения и механизмы?».
Вот как ответил на это В.В. Путин: «Общий объем долга перед населением — я хочу обратить на это ваше внимание — 11,5 триллиона рублей… Теперь хочу обратить ваше внимание на темпы и объемы этих выплат… В 2003 году — 20 миллиардов, а в 2004 мы запланировали 25 миллиардов рублей».
Итак, долг составляет 11,5 трлн руб. (это, по курсу того момента, 450 млрд долл.). В.В. Путин сообщает, что в 2003 году государство вернет гражданам 20 млрд руб. Прямо о сроках погашения долга, что и является сутью вопроса, В.В. Путин не говорит. Но нетрудно применить арифметику и увидеть, что в 2003 году Правительство вернет населению 1/575 часть от суммы долга. Это значит, что возвращение долга в ритме 2003 года рассчитано на 575 лет! Ввиду такой несоизмеримости величин следовало как-то объясниться, но, похоже, никто этой несоизмеримости не заметил — ни эксперты, которые готовили ответы, ни телезрители, ни сам В.В. Путин.
Со временем этот дефект нисколько не устраняется. Вот пример. Сейчас для большинства населения России главной проблемой является не приобретение жилья, а его содержание (можно даже сказать, удержание). Население с большим трудом выдерживает оплату жилищно-коммунальных услуг, но это мелочь по сравнению с деградацией основных фондов ЖКХ — зданий и инфраструктуры. Это неумолимый фактор, нужны большие ресурсы и чрезвычайные усилия для восстановления ЖКХ. Но решением власти стало переложить эти расходы на плечи населения.
Вот суждение В.В. Путина (в сокращении): «Новый Жилищный кодекс возложил полную ответственность за содержание жилых домов на собственников. Однако эта нагрузка для подавляющего большинства граждан оказалась абсолютно неподъемной. Из 3 млрд кв. метров жилищного фонда России более половины нуждается в ремонте. Сегодня объем аварийного жилья — более 11 млн кв. м. Вопрос, который вообще не терпит никакого отлагательства, — расселение аварийного жилья. Невнимание государства к этим проблемам считаю аморальным. Правительство в 2007 году запланировало на расселение ветхого и аварийного жилья всего 1 млрд рублей».
В качестве доводов В.В. Путин приводит величины, которые несоизмеримы между собой. Структурируем его рассуждение.
— Государство обязано расселить людей из аварийных домов (забудем о ветхих).
— Для этого требуется построить 11 млн кв. м жилья.
— Денег, выделенных государством для этой цели на 2007 год, достаточно, чтобы построить примерно 20 тыс. кв. м.
— Это составляет 0,2% от требуемой для расселения площади.
Вывод: если бы старение жилищного фонда с 2007 года чудесным образом прекратилось, граждане из аварийных жилищ были бы расселены, при сохранении нынешних темпов расселения, за 500 лет.
Президент констатирует, что население не может оплатить ремонт жилищного фонда («эта нагрузка для подавляющего большинства граждан оказалась абсолютно неподъемной»). Как же у Президента поднялась рука подписать закон, возлагающий на население обязанность оплатить ремонт? Ведь количественные данные, которыми оперирует власть, не позволяли такой закон принимать.
Реформа ЖКХ — одна из ключевых составляющих перестройки всего жизнеустройства России. В разработку и проведение этой реформы вовлечены большие силы обществоведения (прежде всего, экономики и социологии). И с самого начала возникла аномальная несоизмеримость количественных параметров этой реформы.
Рассмотрим лишь один из разделов — капитальный ремонт.
В России в норме ежегодно должен проводиться капитальный ремонт 4-5% жилищного фонда. Однако в течение последних пятнадцати лет ремонтируется около 0,2% городского жилищного фонда в год — в 20-25 раз меньше необходимого. Накопленное отставание огромно, и теперь оплатить ремонт не под силу ни государству, ни населению. Деградация жилищного фонда стала массивным неумолимым процессом, который не удается затормозить. Россия стоит перед угрозой стать цивилизацией трущоб.
Государство, которое было собственником и управляющим жилищного фонда, от обязанности отремонтировать дома шаг за шагом уходит. Кто же реально возьмет на себя эту работу? Во сколько обошлось бы гражданам капитально отремонтировать их дом? В октябре 2007 года Ассоциация строителей России и Союз инженеров-сметчиков разработали нормативы стоимости капитального ремонта многоквартирных жилых домов по всем регионам России в прогнозных ценах 2008 года. Согласно этим нормативам, средняя стоимость капитального ремонта по России составила в 2008 году 19,5 тыс. руб. за 1 кв. м .
Это правдоподобная величина — за жизненный цикл рядового дома надо сделать два капитальных ремонта, и они вместе с затратами на снос обходятся примерно столько же, сколько стоила постройка. На жителя Российской Федерации в среднем приходится по 20 кв. м общей площади квартиры. Значит, на семью из четырех человек — 80 кв. м. Эта семья, если действительно возложить на нее расходы, должна будет заплатить за капитальный ремонт 1,6 млн руб. При средней зарплате в 15 тыс. руб. это означает, что глава семьи должен заплатить за ремонт весь свой заработок за 8 лет.  Это нереально, что и зафиксировал В.В. Путин.
Несоизмеримость проблемы и средств для ее решения — общее явление всей России. Это видно из отчетов регионов о проведении капитального ремонта. В 2007 году в России, по официальной справке, более 300 млн кв. м нуждалось в капитальном ремонте неотложно.  В Послании 2007 года В.В. Путин сказал о выделении 150 млрд руб. на капитальный ремонт жилищного фонда — на 5 лет. Сколько жилья можно отремонтировать за 2008 год на 30 млрд руб.? Если верить расценкам, 1,5 млн кв. м жилья. А только в неотложном  ремонте нуждается 300 млн кв. м. Значит, выделение средств, о котором в Послании говорится как о решении проблемы, эквивалентно 0,5% усилий, которые государство обязано предпринять срочно, в аварийном порядке. А если же брать проблему в полной мере «отложенного» ремонта, то это 0,02%. Для примера, стоимость «отложенного» капитального ремонта жилищного фонда Петербурга уже в 2007 году составляла семь годовых бюджетов города — около 275 млрд руб.
Прошло три года, и ничего не изменилось. В Отчете Правительства за 2009 год сказано: «За 2008-2009 годы Фонд реформирования ЖКХ вложил 166 млрд рублей в капитальный ремонт многоквартирных домов и расселение аварийного фонда. Отремонтированы дома, в которых проживает — конечно, это была крупномасштабная работа, да она и продолжается — 11 млн 300 тыс. человек».
Утверждается, что на 166 млрд руб. сделан капитальный ремонт многоквартирных домов, в которых проживают 11 млн 300 тыс. человек. В среднем по России на одного человека приходится около 20 кв. м жилья. Значит, сделан капитальный ремонт жилищного фонда площадью 226 млн кв м. Выходит, стоимость ремонта 1 кв м составила 735 руб. Между тем, согласно опубликованной официальной смете капитального ремонта на 2008 год, цена ремонта 1 кв. м среднем по России составляла 19,5 тыс. руб. Это в 26,5 раза больше того, что затратил Фонд реформирования ЖКХ.
Даже если предположить, что кроме Фонда реформирования ЖКХ примерно такую же сумму в ремонт вложили региональные бюджеты (о чем в Отчете, впрочем, не сказано), все равно величина вложенных средств и реальная стоимость ремонта несоизмеримы между собой.
В Отчете уточняется: «В этом [2010] году на программы Фонда будет направлено 85 млрд рублей. Это позволит провести капитальный ремонт в 26 тысячах многоквартирных домов площадью 60 млн кв. метров и переселить из аварийного жилья еще несколько десятков тысяч человек».
Иными словами, и в 2010 году стоимость капитального ремонта оказывается менее 1 тыс. руб. за 1 кв. м (поскольку на 85 млрд руб. предполагается часть жителей аварийных домов, не поддающихся ремонту, расселить в новые квартиры). На 1 тыс. руб. трудно сделать и косметический ремонт 1 кв. м жилья, а капитальный ремонт включает в себя ремонт несущих конструкций, замену кровли и инженерных коммуникаций. Правительство никак не объясняет этого несоответствия, а депутаты слушают отчет и не просят никаких объяснений.
То же самое происходило с отчетом о выполнении национального проекта «Развитие АПК». В отчете Минсельхоза говорилось, например: «По состоянию на 9 ноября 2007 года, в целом по Российской Федерации в эксплуатации находится 518,7 тыс. тракторов, 138,2 тыс. зерноуборочных и 32,9 тыс. кормоуборочных комбайнов. На условиях лизинговых поставок хозяйства Российской Федерации через ОАО "Росагролизинг", с начала текущего года, получили 1974 трактора, 32 зерноуборочных, 28 кормоуборочных комбайнов».
За 2007 год «Росагролизинг» поставил хозяйствам 32 зерноуборочных комбайна. И никаких комментариев к этой величине, которая представляется одним из итогов национального проекта ! Встроим эту величину в реальный контекст. За 2007 год в сельскохозяйственных организациях России выведено из эксплуатации по причине полного износа 12 тыс. зерноуборочных комбайнов. А благодаря приоритетному национальному проекту возмещено 32 штуки — 0,26% выбытия.
За 2007 год выбыло из строя 40 тыс. тракторов, а «Росагролизинг» поставил 2 тыс. Идет быстрая деградация материально-технической базы АПК, и на темп этой деградации национальный проект «Развитие АПК» повлиял в ничтожной степени. «Росагролизинг» в 2007 году поставил 32 зерноуборочных комбайна, а в обычном порядке на рынке хозяйства купили 6,3 тыс. (а в 2005 году — 4,4 тыс.) комбайнов.
Мало того, субсидии на аренду или покупку техники не могли повлиять на опережающий рост цен на сельскохозяйственные машины. В 2004 году средняя цена трактора при приобретении его хозяйством была равна цене (причем цене производителя!) 202 тонн пшеницы, а в 2008 году — 395 тонн. А молока требовалось продать в эти годы для покупки одного трактора, соответственно, 113 и 183 тонн.
Мы переживаем кризис всей системы средств познания, объяснения и доказательства, которые применяются при выработке хозяйственных решений. Масштабы деформации таковы, что на деле надо констатировать распад сообщества управленцев и их экспертов. Разумеется, все они — умные и образованные люди, но распад системы познавательных навыков и правил привел к регрессу в качестве рассуждений и решений. 
<< | >>
Источник: Сергей Георгиевич Кара-Мурза. Кризисное обществоведение. Часть I. 2011

Еще по теме Векторные величины и деформация меры. :

  1. 4.2.3. Средние величины процентов
  2. О разумной величине банковского процента
  3. 2.2. Методология оценки величины и качества собственного капитала банка
  4. § 2. Деформация структуры агрегатов в периоды революции
  5. 2.3.2. Причины возникновения и величина диссонанса
  6. § 2. Общая характеристика деформации поведения во время революции
  7. Сущность профессиональной деформации личности.
  8. 6.1.1. Роль прибыли и факторы, влияющие на ее величину
  9. 6.4. Определение величины и эффективности инвестиций в запасы
  10. Причины и зависимые от времени переменные величины
  11. База данных, методы и переменные величины
  12. § 9. Деформация психики членов революционного общества
  13. 3.3. Величина банка и основные направления его расширения
  14. § 3. Деформация «речевых» рефлексов
  15. § 5. Деформация трудовых рефлексов
  16. § 6. Деформация рефлексов собственности