загрузка...

Представление о человеке. 

  Как уже говорилось, в современном обществе человек — свободный атом, индивид. В России смысл понятия «индивид» широкой публике даже неизвестен. Здесь человек в принципе не может быть атомом — он «делим». Он есть личность как средоточие множества человеческих связей. Он «разделен» в других и вбирает их в себя. Здесь человек всегда включен в солидарные структуры (патриархальной семьи, деревенской и церковной общины, трудового коллектива, пусть даже шайки воров). Этот взгляд очень устойчив и доминирует в России в самых разных идеологических воплощениях, что и является важнейшим  признаком для отнесения ее к традиционному обществу. Современное общество требует разрушения общинных связей и превращения людей в индивидуалистов, которые уже затем соединяются в классы и партии, чтобы вести борьбу за свои интересы.
Ось гражданского общества — частная собственность. Жан-Жак Руссо в «Рассуждениях о происхождении неравенства» (1755) так писал о возникновении гражданского общества: «Первый, кто расчистил участок земли и сказал: "это мое" — стал подлинным основателем гражданского общества».41
Исходный смысл частной собственности как естественного права — собственность индивида на его тело. 42 В традиционном обществе понятие «Я» включает в себя и дух, и тело как неразрывное целое, человек — не вполне собственник тела («люди царевы»). Теперь человек раздвоился. Одна его ипостась — собственник, а другая ипостась — собственность. Возникла совершенно новая, нигде кроме Запада не существующая антропология.
Как и всякая частная собственность, в современном обществе тело становится «средством производства». Э. Фромм, рассматривая человека Запада как новый тип («человек кибернетический»), пишет: «Кибернетический человек достигает такой степени отчуждения, что ощущает свое тело только как инструмент успеха. Его тело должно казаться молодым и здоровым, и он относится к нему с глубоким нарциссизмом, как ценнейшей собственности на рынке личностей».
Глубинное чувство собственности, приложенное прежде к телу, определило иное, нежели в традиционном обществе, отношение к проституции, гомосексуализму, эвтаназии, рынку рабочей силы и другим проблемам «распоряжения» своим телом.
Так, одним из социальных прав как в СССР, так и в некоторых странах при социал-демократических правительствах (например, в Швеции) было право на бесплатное медицинское обслуживание. При внешней схожести этого конкретного права его основания в СССР и в Швеции были различны. Согласно концепции индивида (в Швеции), человек рождается вместе со своими неотчуждаемыми личными  правами. Но право на охрану его собственности — социальное  право, его надо закрепить в общественном договоре. Тело — собственность индивида, охрана его здоровья государством — завоеванное борьбой социальное право.
В советском (традиционном) обществе человек — член общины. Его здоровье — национальное достояние. Поэтому здравоохранение рассматривается как обязанность. Оберегать здоровье человека — обязанность  и государства как распорядителя национальным достоянием, и самого человека. Реформа в России привела к неожиданному эффекту: еще до перехода к платному здравоохранению резко снизилась обращаемость к врачам, несмотря на рост числа заболеваний. Люди почувствовали себя свободными от обязанности беречь свое здоровье как национальное достояние, но еще не осознали свое тело как частную собственность.
Из разных представлений о человеке вытекает и разное отношение ко многим правам — прежде всего к праву на жизнь, на пищу. В традиционном обществе всегда сильна уравниловка  — право на внерыночное получение некоторого минимума жизненных благ, принципиально отвергаемое в современном обществе (бедные в нем — отверженные ).
С первых этапов становления современного общества Запада его социальная философия ищет обоснование социальному неравенству  (индивидуальное равенство дается неотчуждаемым правом частной собственности на тело человека).
Так возник социал-дарвинизм — представление, переносящее принцип борьбы за существование из животного мира в общество людей. Это придает неравенству видимость «естественного» закона.
Отцы политэкономии говорили о «расе рабочих» и считали, что первая задача рынка — через зарплату регулировать численность этой расы. Все теории рынка были предельно жестоки: рынок должен был убивать лишних, как бездушный механизм. Это ясно сказал заведующий первой в истории кафедрой политэкономии Мальтус: «Человек, пришедший в занятый уже мир, если общество не в состоянии воспользоваться его трудом, не имеет ни малейшего права требовать какого бы то ни было пропитания, и в действительности он лишний на земле. Природа повелевает ему удалиться, и не замедлит сама привести в исполнение свой приговор».
Таким образом, право на жизнь дает только платежеспособность.  Оно не входит в число естественных  прав, что бы ни говорили «мягкие» либералы. Социолог из США Ч. Томпсон, изучавший связь между расовыми и социальными отношениями, писал: «В Англии, где промышленная революция протекала быстрее, чем в остальной Европе, социальный хаос, порожденный драконовской перестройкой экономики, превратил обнищавших детей в пушечное мясо, которым позже стали африканские негры. Аргументы, которыми в тот момент оправдывали такое обращение с детьми, были абсолютно теми же, которыми впоследствии оправдывали обращение с рабами».
Эти нормы смягчались по мере усиления социальной борьбы, но «чистая модель» не изменилась — проблему перенесли в сферу благотворителъности.  Ф. Бродель писал: «Эта буржуазная жестокость безмерно усилится в конце XVI в. и еще более в XVII в… В XVI в. чужака-нищего лечат или кормят перед тем, как выгнать. В начале XVII в. ему обривают голову. Позднее его бьют кнутом, а в конце века последним словом подавления стала ссылка его в каторжные работы».43
В России дело обстояло иначе, здесь «право на жизнь» всегда было естественным  правом. Человек, просто потому, что он родился в России и есть один из нас, имеет право на жизнь, а значит, на некоторый минимум благ. И это — не подачка, а право. Поэтому так болезненно и было воспринято вторжение западного капитализма, в результате которого с конца XIX веке стали происходить голодные бедствия как социальное, а не стихийное явление. Российское монархическое государство перестало гарантировать право на жизнь,  что и завершилось революцией.
В советское время уравниловка в России была вытеснена из рационального сознания в коллективное бессознательное. Изменения в идеологии не меняют этого подспудного чувства. Даже в период рыночного энтузиазма общественное мнение было жестко уравнительным. В октябре 1989 года на вопрос «Считаете ли вы справедливым нынешнее распределение доходов в нашем обществе?» 52,8% ответили «несправедливо», а 44,7% — «не совсем справедливо». Что же считали несправедливым 98% жителей СССР? Недостаточно уравнительное распределение благ. 84,3% считали, что «государство должно предоставлять больше льгот людям с низкими доходами» и 84,2% считали, что «государство должно гарантировать каждому доход не ниже прожиточного минимума». Это и есть уравнительная программа.
Надо особо подчеркнуть, что такое понимание права на жизнь вовсе не является порождением советского строя и его идеологии. Напротив, советский строй — порождение этого взгляда. Согласно ему, угрожающая жизни бедность есть зло,  несправедливость, которую можно временно терпеть как следствие бедствия, но нельзя принимать как норму жизни.
<< | >>
Источник: Сергей Георгиевич Кара-Мурза. Кризисное обществоведение. Часть I. 2011

Еще по теме Представление о человеке. :

  1. Классический лабораторный эксперимент Соломона Эша подрывает представление о зрелом человеке
  2. Философско-психологические представления о сущности человека как основа для построения образовательного процесса
  3. Статья 320. Право апелляционного обжалования Статья 321. Срок подачи апелляционных жалобы, представления Статья 322. Содержание апелляционных жалобы, представления Статья 323. Оставление апелляционных жалобы, представления без движения Статья 324. Возвращение апелляционных жалобы, представления Статья 325. Действия мирового судьи после получения апелляционных жалобы, представления Статья 326. Отказ от апелляционной жалобы или отзыв апелляционного представления
  4. ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ. ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ. ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ТОМ, ЧЕГО Я НЕ ВИДЕЛА
  5. 2. Бытие человека. Потребности и способности человека
  6. Статья 373. Порядок подачи и рассмотрения частной жалобы, представления прокурора Статья 374. Права суда кассационной инстанции при рассмотрении частной жалобы, представления прокурора Статья 375. Законная сила определения суда кассационной инстанции, вынесенного по частной жалобе, представлению прокурора
  7. Статья 340. Копии кассационных жалоб, представления Статья 341. Оставление кассационных жалобы, представления без движения
  8. А. А. Бодалев ВОСПРИЯТИЕ ЧЕЛОВЕКА ЧЕЛОВЕКОМ
  9. Статья 344. Возражения относительно кассационных жалобы, представления Статья 345. Отказ от кассационной жалобы, отзыв кассационного представления
  10. Представления