7.3. Российское восприятие теории Фукуямы

Теория Фукуямы была сформулирована на Западе в конце 1980-х годов. В течение десятилетия у власти находились консерваторы, эбладая при этом возможностью формировать внутренний и международно-политический дискурс.

Приход к власти советского реформатора Горбачева был первоначально воспринят на Западе с подозрением и как очевидный признак советской слабости. С течением времени политический истеблишмент США и Европы уверился в западной победе в холодной войне. Запад полагал теперь, что обладает правом настаивать на «правильности» своих моральных, политических и экономических стандартов поведения в отношении окружающего мира.

Ф. Фукуяма теоретически выразил и политически обосновал убежденность в отношении будущей мировой системы после окончания холодной войны. Его работа «Конец истории»242 в этом смысле появилась не случайно. Политически сторонник администрации Буша, а интеллектуально апологет теории модернизации, Фукуяма выразил типичное для его времени убеждение о пришествии и неотвратимости либерального капитализма западного образца. Его основной интеллектуальной мишенью стали реалисты с характерной для них убежденностью в анархии и циклическом развитии мирового порядка. Под влиянием интерпретаций конца истории Гегеля и Кожева Фукуяма сформулировал мысль, что либерализм и либеральные институты, такие как главенство закона, представительская демократия и рыночная экономика, приобретают поисти- не универсальное значение. Реализм слеп в своем непризнании факта того, что никакая другая форма социальной организации, будь то фашизм, национализм или коммунизм, не способна бросить достойный вызов учреждению либеральной идеи. Знаменитое изречение Фукуямы гласит: «То, свидетелями чего мы, вероятно, являемся, есть не просто конец холодной войны или окончание какого-либо периода послевоенной истории, но конец истории как таковой: то есть конец идеологической эволюции человечества и универсализация западной либеральной демократии как окончательной формы человеческого правления»243.

В своем отношении к незападным культурным сообществам Фукуяма, однако, не слишком отличается от реалистов. Настаивая на универсальности западного либерализма и либеральных идей, он на деле выступает защитником ценностей лишь одного из существующих культурных сообществ. Именно Запад остается в его глазах сообществом с превосходящим остальные институциональным и моральным авторитетом, и именно ценности Запада подлежат, по его убеждению, глобальному распространению — неважно, приветствуется это остальными участниками международной системы или нет. Фукуяма рассматривает незападные миры как будущую проекцию западных ценностей и строит свой анализ таким образом, чтобы продемонстрировать «абсолютную исчерпанность систематических альтернатив западному либерализму»244. Развивая идеи Гегеля, американский исследователь находится и под влиянием Ницше, чей пессимизм необходим ему для развенчания всяких возможностей социального творчества в незападном мире. Либеральный капиталистический порядок не является совершенным, но и не подлежит улучшению.

Обратимся теперь к российскому восприятию теории Фукуямы. Взращенные Горбачевым социал-демократы полагали, что общечеловеческая цивилизация представляет собой достижения не только Запада, но и остальной части мира. Соглашаясь с Фукуямой, что Запад был основателем рыночной экономики и политической демократии, данная школа мысли рассматривает эти ценности лишь как одну из частей общечеловеческого опыта245. Например, в то время как Запад создал рыночную экономику и политическую свободу, Восток разработал идеи ответственности государства за развитие общества и групповых корпоративных ценностей246. Следовательно, различные культуры могут многому научиться друг у друга. Подобное взаимообучение, согласно социал-демократам, может происходить в виде заимствований и адаптаций. Заимствования предполагают, что различные общества существуют не в изоляции, а, наоборот, постоянно воспринимают друг у друга различные технологические и институциональные характеристики, чтобы успешно встретить новые вызовы247. Культурная адаптация включает в себя мобилизацию внутренних социальных механизмов для внедрения заимствованных технологических и институциональных идей. Конечной целью культурной адаптации является ассимиляция заимствованных технологий через их интеграцию в наиболее важные структуры общества, такие как ценности и убеждения.

Либералы поддерживали Запад как неоспоримый авторитет и выдвигали аргументы, подобные тезисам Фукуямы. Академические институты, особенно Институт мировой экономики и международных отношений и Институт США и Канады, наиболее активно защищали эту точку зрения248.

Например, ведущий исследователь ИМЭМО Э. Поздняков, предложил рассматривать общечеловеческие ценности как основанные на критериях западной цивилизации, с ее либерально-демократическими ценностями и уровнем научно-технологического развития. Вслед за П. Я. Чаадаевым в кругах либерального западничества принято отказывать России в наличии собственной культурной традиции, способной внести полноценный вклад в мировую историю. Согласно такой позиции, выбор России сводится к выбору между модернизацией на западный манер и автократией и отсталостью.

Для коммунистов моральный авторитет неоспоримо находился на стороне России и незападного мира. Они согласны с Фукуямой в том, что современность — это западный феномен, но для них это не означает, что Россия должна развиваться по западному пути; наоборот, ей необходимо отстраниться от современного Запада и ревностно оберегать свои исторические традиции и культурную идентичность. Вслед за славянофилами некоторые из неокоммунистов считают Россию защитницей таких традиционных ценностей, как религия, империя и политический авторитаризм249. Другие видят ее технологически развитым и многоконфессиональным обществом, социальная целостность которого гарантируется мощной гражданской религией или идеологией, предохраняющей Россию от пагубного взаимодействия с Западом250.

Для неокоммунистов Запад морально неполноценен. Они считают, что там отсутствует объединяющее начало и уважение к общественной морали и идентичности. Запад представляется им совокупностью ато- мизированных индивидов, объединенных единственно рациональным желанием обогатиться за счет остальной части мира. Именно в этом свете рационального индивидуализма рассматривается неокоммунистами тезис Фукуямы. «Конец истории» —? это еще одна попытка эксплуатировать мир экономически и развратить его морально. Это идеология рационализма, выраженная в институтах рыночной экономики и политической демократии и несущая ответственность за все, что так ненавистно неокоммунистам, — сепаратизм, фашизм, и консьюмеризм. Эта идеология вредна для России, поскольку она развращает ее культуру и может в один момент спровоцировать тоталитарную реакцию. По словам С. Кур- гиняна, тезис Фукуямы преследует своей целью распространение общечеловеческих ценностей, но в действительности создает условия для будущего возникновения фашизма251.

В силу того, что реформы Горбачева не оправдали возложенных на них надежд, видение социал-демократов утратило свое доминирующее положение в национальном дискурсе. После распада СССР большинство россиян по-прежнему скептически относились к идеям национал- коммунистов, в то время как позиции либералов заметно улучшились. Однако либеральная гегемония продержалась недолго. На фоне провала инициированных либералами экономических реформ и подъема преступности либеральное направление больше не могло претендовать на широкую поддержку в обществе и вскоре оказалось потесненным зарождающейся школой державничества, увидевшей в теории Фукуямы атаку на российские национальные интересы252.

Поначалу оперируя идеями либералов и националистов, державники вскоре приобрели как интеллектуальную, так и политическую независимость. Вновь возникшее направление выдвинуло идею России-дер- жавы, или сильного государства. Многие из державников еще вчера защищали идеи либерализма и в своем новом качестве продолжали настаивать, что России следует стремиться к созданию рыночной экономики и политической демократии. В то же время они больше не верили, что страна должна интегрироваться в западный мир, и настаивали на необходимости сформулировать и отстаивать свои собственные национальные интересы253. У неокоммунистов державники позаимствовали кон- фликгное восприятие мира, в котором государства заинтересованы в приращении своей власти и защите геополитических интересов и сфер влияния. Не вдаваясь в риторику конфронтации с Западом (как это нередко делают неокоммунисты), державники тем не менее оперируют такими концепциями, как «национальные интересы», «великие державы», «Евразия» и «геополитика». Соглашаясь с Фукуямой в важности создания рыночной экономики и политической демократии, они видели эту задачу подчиненной другой, более важной цели — строительству сильного государства. Именно державники подготовили интеллектуальную почву Для последующей отставки либерального министра иностранных дел Козырева и его замены практиком державничества Евгением Примаковым.

<< | >>
Источник: А. П. Цыганков, П. А. Цыганков. Социология международных отношений: Анализ российских и западных теорий: Учебное пособие для студентов вузов. — М.: Аспект Пресс. — 238 с.. 2006

Еще по теме 7.3. Российское восприятие теории Фукуямы:

  1. 7.4. Восприятие теории Хантитгона
  2. Раздел III ЗАПАДНЫЕ ТЕОРИИ И ИХ ВОСПРИЯТИЕ В РОССИИ
  3. РОССИЙСКИЕ ВОСПРИЯТИЯ: ЛИЧНЫЙ ОПЫТ
  4. 7.3. уроки «диалога» с Фукуямой и Хантингтоном
  5. 9.2. Российское прочтение теории МГО
  6. Глава 2 РОССИЙСКИЕ ЛИБЕРАЛЬНЫЕ ТЕОРИИ
  7. Фукуяма и Хантингтон: спор о современности и контемпоральности
  8. 25.4. Охрана труда по действующему российскому законодательству: вопросы теории и практики
  9. 4. В поисках социальной солидарности: от теории разделения труда к теории религии
  10. Фукуяма Ф.. Америка на распутье: Демократия, власть и неоконсервативное наследие / пер. с англ. А. Георгиева. — М.: ACT: ACT МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ. — 282, [6] с., 2007
  11. НЕКОТОРЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ МАКРОЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ КОРОТКОГО ПЕРИОДА ПОСЛЕ ВЫХОДА В СВЕТ «ОБЩЕЙ ТЕОРИИ»
  12. ВИДЫ ВОСПРИЯТИЯ
  13. 1.1. ОСОБЕННОСТИ И ФЕНОМЕНЫ ВОСПРИЯТИЯ
  14. Классификация восприятий
  15. Развитие восприятия
  16. Восприятия