Положение на Рейнской границе в 14 г


Август доверял Тиберию так же, как прежде доверял Аг- риппе. Он поручал ему командование во всех самых важных кампаниях во время второй половины своего принципата, но долгое время не рассматривал его как преемника.
Август планировал передать власть своим внукам, людям более молодым, зато связанным с ним кровно, но все они умерли прежде самого Августа.
Слухи обвиняли в этих смертях жену императора Ливию, которую император Калигула позднее окрестил «Одиссеем в платье» (Ulixem stolatum). Говорили, что Ливия убирала наследников престарелого принцепса одного за другим, чтобы ее сын стал следующим императором. Истину сейчас установить невозможно, но, судя по всему, в семье императора был исключительно высокий уровень смертности даже по стандартам того времени.
Как бы то ни было, в конце концов Август обратил свой взор на Тиберия. Он усыновил его и в последние годы своей жизнИ делил с пасынком власть. У Тиберия был собственный сын Друз Младший, но Август заставил Тиберия усыновить его племянника Германика. Это имя было почетным титулом, данным недавно умершему младшему брату Тиберия Друзу за его победы над.германскими племенами, которое наследовад его сын.              -*
В 9 г. до н. э. Германику было 6 лет, но это.имя оказалось как нельзя более подходящим, поскольку пройдет несколько лет, и он завоюет величайшую славу именно в Германии. Его матерью была Антония, дочь Марка Антония и сестры Августа Октавии, той самой Октавии, которую Антоний бросил ради Клеопатры, что внесло элемент личной вражды в Гражданскую войну.8
Когда Юлий Цезарь воевал в Галлии, он ясно продемонстрировал, что не намерен держать под постоянным'контролем территорию к востоку от Рейна, но подчинил себе все земли к западу от этой реки. В «Записках» подчеркивается, что Рейн является границей между галльскими и германскими народами. Считалось, что недавно завоеванная Галлия, старая римская провинция Трансальпийская Галлия и сама Италия
окажется в большей безопасности, если германцы, куда более примитивные и свирепые, чем галлы, будут отделены от римских владений могучей рекой. Подобная граница снизит вероятность повторения того, что ранее сделали кимвры и тевтоны.
Вообще-то Цезарь признавал, что положение было не таким уж простым, потому что отдельные германские племена уже поселились к западу от реки. Четкое различие, которое Цезарь и другие древние авторы проводили между германцами и галлами, очень трудно подтвердить археологически, на основе сравнения их материальной культуры — планировки и стиля поселений, гончарных и металлических изделий. Это вовсе не означает, что между этими народами не было никакой разницы. Просто подобные свидетельства в данном случае не могут ни подтвердить, ни опровергнуть ее.
Лингвистический анализ сохранившихся географических названий и имен, как правило, во многом подтверждает картину, изображенную в древних источниках. Литературные памятники свидетельствуют, что, несмотря на общий язык и культуру, отдельные племена галлов и особенно германцев, не стремились к объединению. Воин отождествлял себя со своим племенем или семьей, таким какхатты, марсы или херуски, или иногда с более обширной группой родственных народов таких как свебы. Но никто из них не считал себя германцем.9
Галльские племена так, как они изображены у Цезаря, были по сути своей нестабильными образованьями. Их раздирала борьба за власть между честолюбивыми вождями, стремящимися к превосходству и почти ежегодно воюющими со своими соседями. Германцы втягивались в эти конфликты либо когда их просили о помощи галльские вожди, либо когда какой-нибудь народ переселялся на другой берег Рейна в поисках более плодородной и удобной земли. .
Возможно, Цезарь утрировал ситуацию, чтобы оправдать свое вторжение в Галлию, проходившее под девизом защиты интересов Рима и его союзников, — действия, которые сами по себе ничуть не отличались от поддержки секванов Ариовистом, на что последний и указывал. Однако версия Цезаря, скорее всего, в целом точна и вполне соответствует отношениям между племенами, которые жили на большей части Европы в течение бронзового и железного веков.

Войны, сопровождавшиеся мародерством, были обычным явлением в этом регионе. Временами какое-нибудь племя набирало силу, зачастую благодаря талантливому военачальнику, и тогда подчиняло себе соседние народы. Но могущество этого племени тут же сходило на нет после смерти удачливого вождя. Нередко внутренние усобицы или нападения соседей заставляли отдельные роды или целые племена переселяться, вытесняя со своих земель другие народы. Последствия от таких миграций могли распространиться на большие территории, как круги на воде.
Цезарь преувеличивал, когда описывал германские племена как полукочевых пастухов. Он использовал многовековой стереотип, согласно которому такие народы считались более примитивными и свирепыми, чем сообщества, которые занимал ись_ земледелием и строили города. Точно так же в «Одиссее» Гомера циклопы ничего не сажали, потому что были ленивы, ели мясо, пили молоко и не имели политической структуры — все это должно было свидетельствовать об их варварстве. Археологические исследования показали, что многие отдельные хозяйства и деревни в Германии располагались на одном месте в течение веков, но подобная стабильность отнюдь не препятствовала стремлению племен или родов искать землю в других местах.10
Цезарь оставил Галлию покоренной —нет никаких свидетельств о том, что в то время, когда он был занят Гражданской войной, там происходили какие-либо серьезные восстания. Но завоеванная страна еще не была полностью организована как провинция, и Августу предстояло это сделать: С 27 г. до н. э. как минимум в трех случаях требовалось проведение переписи для облегчения процедуры взимания налогов. Зачастую подобные меры вызывали недовольство и сопротивление местного населения. Агриппа вел боевые действия в Галлии несколько раз в период с 38 по 19 гг. до н. э. Кроме этого, в новой провинции проходили кампании меньшего масштаба под командованием других военачальников.
Как и во времена Цезаря, ближайшие к Рейну галльские племена часто искали помощи у германцев. Последние даже еще чаще, чем прежде, осуществляли набеги на богатые земли ГаЛ- лии, и временами эти нападения имели весьма значительный

масштаб. В 16 г. до н. э. армия, состоявшая из трех племен — сугамбров, тенктеров и узипетов, — устроила засаду отряду римской кавалерии, а затем застала врасплох главную армию наместника провинции Марка Лоллия и нанесла ему ощутимое поражение. Во время этой битвы V легион «Хохлатый жаворонок» (Legio VAlaudae), лишился своего знамени с орлом, что было для легиона огромным унижением.
Эта кампания началась, когда германцы схватили и распяли римских торговцев, ведущих свои дела на их землях. Как и в других местах, римские и италийские торговцы передвигались, опережая армию. Иногда их деятельность вызывала негодование, и когда в местных племенах вспыхивала ненависть к Риму, торговцы первыми попадали под удар. Для обеспечения стабильности и спокойствия в Галлии, стараясь пресечь мародерство и насилие против местных жителей, легионы Августа нередко устраивали карательные экспедиции против германцев.
Отец Германика Друз был первым римским военачальником, дошедшим до реки Альбис (совр. Эльба) — где, как говорилось в официальной версии, ему явилась богиня и предупредила, чтобы он не шел дальше. После его смерти Тиберий несколько лет проводил операции в этом регионе. Со временем римская провинция между реками Рейн и Альбис начала приобретать законченную форму. В 6 г. было подготовлено нападение на Маробода, царя большого объединения свебских племен, а также их соседей на землях между Рейном и Дануби- ем (Дунаем). Но как раз в это время неожиданно разразилось крупное восстание в Паннонии и Далмации, и для его подавления потребовалось участие Тиберия и немалой части римской армии.
Жители Паннонии считались крайне воинственными племенами, их армии были организованы по римскому образцу, поскольку немало воинов служило Риму во вспомогательных войск. Во время проведения кампании Тиберий оказался во главе соединения из десяти легионов, поддерживаемых семьюдесятью когортами вспомогательной пехоты, четырнадцатью алами вспомогательной кавалерии и большим числом союзных войск. Интересный факт состоит в том, что он считал это соединение слишком большим, чтобы им мог эффективно командовать один полководец, поэтому Тиберий разделил армию

на две независимые колонны. На подавление восстания понадобилось почти три года упорных и дорогостоящих действий.11 После чего можно было вновь заняться делами в Германии.
Как и в Галлии, превращение завоеванных германских земель в римскую провинцию вызвало сопротивление. Во главе мятежников стал Арминий, князь херусков, который прежде служил командиром своих соплеменников в римской армий. Незадолго до этого Арминий получил не только римское гражданство, но и статус всадника, и он был близким другом наместника провинции Публия Квинтилия Вара.
Семья Вара обладала сомнительной военной репутацией, поскольку его отец и дед поддерживали проигравшую сторону в гражданских войнах и после поражения покончили с собой. Однако Вар обладал немалым опытом и прежде служил наместником Сирии, где подавил восстание в Иудее в 4 г. до н. э. Его назначение в Германию вполне соответствовало обычаю Августа полагаться главным образом на свою многочисленную семью, поскольку Вар был женат на дочери Агриппы.
К концу лета 9 г. Вар получил сообщениям мятеже и, как и в 4 г. до н. э., отреагировал типично по-римски, собрав армию и незамедлительно выступив в поход против восставших. Необходимость как можно быстрее подавить восстание оправдывала действия римского полководца, выступавшего с маленькой или плохо обеспеченной продовольствием армией, состоявшей только из тех войск, что находились у него под рукой. Вар раздробил свои силы, разослав с поручениями множество маленьких отрядов, а сам двинулся с армией, обремененной большим обозом и сопровождаемой сборищем лагерной прислуги и солдатскими семьями.
Арминий, до последнего момента выражавший преданность Вару, ушел со своими германскими разведчиками. Неповоротливая римская колонна попала в засаду в труднопроходимом болотистом Тевтобургском лесу. Внезапными атаками в течение нескольких дней воины Арминия ослабили колонну римлян, а затем добили ее жалкие остатки. Три легиона — XVII,
  1. и XIX — вместе с шестью когортами вспомогательной пехоты и тремя алами кавалерии были перебиты. Вар, сознавая безвыходность положения, сделал то, чего не должен был
    делать ни один римский полководец, — онсовершил самоубийство. Во время раскопок в Кал кризе около современного Ос- набрюка в последние годы были обнаружены мрачные свидетельства происшедшей трагедии, вероятно, относившиеся к последнему бою римской армии. Большая часть маленьких отрядов, что были разбросаны по всей провинции, разделили с основной колонной ее участь. Нескольким уцелевшим удалось добраться до Рейна, где два уцелевших легиона в этом регионе ожидали нападения в любую минуту.12

Катастрофа в Тевтобургском лесу стала страшным ударом для стареющего Августа, который в знак скорби месяц не стриг , волосы и не брил бороду.
Рассказывают даже, что он ходил по дворцу и, ударяясь головой о стены, кричал: «Квинтилий Вар, верни мне мои легионы!» На какое-то время численность армии была сокращена до двадцати пяти легионов, а номера XVII, XVIII и XIX перестали использоваться. Тиберий был незамедлительно послан на границу Рейна, а из других провинций были переброшены войска, какие только можно было забрать без ущерба, для усиления его армии. Вскоре восемь легионов и, как минимум, столько же вспомогательных войск из Нижней и Верхней Германии двинулись вдоль западного берега реки.
Но ожидаемого вторжения германцев так и не произошло. Воины Арминия вели себя так же, как и большинство других варварских армий. Они разошлись по домам, чтобы похвастать захваченной добычей'и насладиться славой победителей римлян. Тиберий, набрав достаточно сильное войско, начал отправлять карательные экспедиции против германских племен. Репутация римлян как непобедимых воинов была разбита вдребезги поражением Вара, и потребовалось множество упорных боевых операций в течение нескольких лет, чтобы ее восстановить. В 11 г. к Тиберию присоединился Германик, который приобрел первый опыт, служа под его командованием во время подавления восстания в Паннонии в возрасте 22 лет. Август был уже слишком стар, и в 13 г. Тиберий вернулся в Рим как для того, чтобы помогать принцепсу в его делах, так и для обеспечения безболезненной смены власти. На посту верховного командующего на рейнской границе Тиберия сменил Германик.13

Как и его отец, Германик пользовался огромной популярностью у солдат и римского народа. Привязанность к нему сохранялась еще долго после его безвременной смерти. Нам известно, что как минимум одно римское вспомогательное подразделение, а возможно, и вся армия ежегодно продолжали отмечать его день рождения в начале III века. Вежливый, красивый, светловолосый, атлетически сложенный (он особенно упорно работал над своими худыми ногами, чтобы довести свое тело до совершенства), этот человек всегда вел себя непринужденно и учтиво.
Как и его отец, Германик взял с собой в свою провинцию жену и детей. Он был женат на Агриппине, дочери Агриппы и Юлии, то есть на своей кузине. В императорской семье были распространены браки между родственниками, чтобы не допускать чужаков в свой круг. Во многих отношениях Агриппина олицетворяла идеал римской матроны. Желавшие угодить Августу прославляли ее добродетели, прежде всего ее чадолюбие, а также трудолюбие в управлении домом и помощь мужу во всех делах.
У              супругов было девять детей — по тем временам очень много, — поскольку в эту эпоху в семьях сенаторов и всадников предпочитали иметь куда меньше отпрысков. Но только шестерым из девяти — трем мальчикам и трем девочкам — удалось выйти из детского возраста. Самый младший сын, Гай, родился в 12 г., и родители часто наряжали малЫша как легионера. Солдаты окрестили его Калигулой, или «Сапожком», — из-за его крошечных военных сапог — калиг (caligue).14
Смерть Августа в 14 г. повергла в шок всю империю, поскольку большинство ее населения с трудом могло вспомнить время, когда не было принцепса. Неопределенность в сочетании с почти полным отсутствием боевых действий в течение того лета способствовала возникновению мятежей в легионах. Сначала начали волноваться войска в Паннонии, а затем и на Рейне. Солдаты жаловались на большие вычеты из их жалованья как официальные в виде платы за форму, снаряжение и палатки, так и на неофициальные — на взятки центурионам, чтобы избежать лишних нарядов на работы.

Во время правления Августа процесс превращения римской армии в профессиональную был завершен почти полностью. В начале принципата легионеры должны были служить шестнадцать лет. По истечении этого срока они служили еще четыре года в качестве ветеранов. Ветераны были освобождены от обычных обязанностей, а должны были только в случае необходимости сражаться. Но постоянные войны в течение этих десятилетий привели к тому, что эти сроки были увеличены до двадцати и пяти лет соответственно. Эта перемена вызвала повсеместное негодование, так как после крупных кризисов в 6 и 9 гг. немало людей привлекалось к службе и на более долгий срок.
В тс два года у Августа была такая острая нехватка солдат, что он снова ввел обязательный призыв. Эта мера была крайне непопулярна, особенно в Италии. Светоний рассказывает, что Август продал в рабство всадника, который отрубил своим сыновьям большие пальцы на руках, чтобы они не могли держать оружие и стали непригодными к службе.
Численность легионов повышалась за счет тех, кто не хотел служить или вовсе не был пригоден для службы. Прибегали и к радикальным мерам: государство приобретало рабов и освобождало их для того, чтобы они служили в армии. Подобное раньше происходило только во время самых тяжелых дней Второй Пунической войны. Хотя такие люди получали гражданство вместе со свободой, Август настаивал на том, что они должны служить в отдельных когортах (cohortes voluntariorum civium Romanorum), а не в легионах.15
Самые сильные волнения начались в армии в Нижней Германии, находившейся под командованием Авла Цецины. Он принадлежал к опытным офицерам, которых часто назначали в качестве старших подчиненных к младшим членам императорской семьи. В этом случае он оставался на удивление пассивным, и спустя некоторое время все его четыре легиона — I, V, XX, XXI — совершенно вышли из повиновения.
Первой мишенью возмущенных солдат стали центурионы, которых солдаты схватили и выпороли. Германик в это время находился в Галлии, следил за сбором налогов, но, узнав о мятеже, спешно отправился в лагерь взбунтовавшейся армии. Ему устроили пародию на обычное приветствие войсками своего

командующего, и молодому человеку с трудом удалось навести хоть какой-то порядок, когда солдаты обрушились на него с жалобами на отсрочку демобилизации и плохие условия, которыми их вознаградили за верную службу. Некоторые воины даже выкрикивали, что желают сделать его императором вместо Тиберия.
Обескураженный Германик попытался покинуть собрание и, когда солдаты стали у него на пути, даже вытащил меч и пригрозить убить себя, если они немедленно не прекратят свои провокационные выкрики. Германик прибег к традиционному эффектному жесту, который использовали римские сенаторы на Форуме или в армйи. Однако в данном случае эффект оказался не совсем таким, какого ожидал полководец: несмотря на то что солдаты схватили его за руку, чтобы удержать его от подобного Шага, нашелся один смельчак, который протянул Германику свой собственный меч, говоря, что он острее.
Пришлось пойти на уступки, это на время предотвратило дальнейшее насилие, но сенаторы, посланные Тиберием для рассмотрения жалоб легионеров, были схвачены, а одному бывшему консулу едва удалось избежать смерти. По предложению консилиума Германик решил послать Агриппину и двухлетнего Калигулу в безопасное место — в один из ближайших галльских городов.
Римские легионеры были суровыми людьми, способными временами на крайнюю жестокость, но нередко они становились сентиментальными, и трогательный вид беженцев, покидавших лагерь, привел к кардинальной смене настроения. Воспользовавшись этим, Германик снова обратился к мятежникам с речью и на этот раз добился, чтобы ему выдали зачинщиков, которые без промедления были осуждены и казнены. Однако для того, чтобы подобные проблемы не возникали в будущем, молодой полководец также уволил тех центурионов, которые были признаны виновными в получении взяток от своих солдат.
Определенные уступки, включая немедленную^демобилизацию отслуживших положенный срок легионеров, и возврат к прежнему сроку службы в шестнадцать лет плюс четырем годам для ветеранов, были сделаны примерно в это же время. Уменьшение продолжительности службы, судя по всему, длилось не слишком долго, и скоро ее общий срок снова стал со
ставлять двадцать пять лет, но другие жалобы, скорее всего, были удовлетворены. После новых поспешных казней и недолгой борьбы в другом лагере мятеж армии в Нижней Германии закончился.
Германик, прибывший в этот лагерь после подавления мятежа^ сказал, по свидетельству Тацита: «Происшедшее не целительное средство, а бедствие». Восстановив во всей армии порядок (солдаты вспомогательных войск, которые не являлись гражданами, по-видимому, не бунтовали), Германик наконец смог переключить свое внимание на врага.16
Сезон, удобный для военных действий, уже заканчивался, но, несмотря ца это, Германик собрал колонну из солдат всех четырех недавно бунтовавших легионов, всего около 12 ООО человек, наряду с двадцатью шестью когортами вспомогательной пехоты и восьмью алами кавалерии. Перейдя Рейн, этот отряд быстро двинулся на марсов.
Вместо того чтобы направиться обычным, более простым путем на земли этого племени, Германик выбрал более длинный и менее известный маршрут. Во главе быстро двигалась вспомогательная пехота, несущая лишь свое снаряжение. Ей было поручено разведывать и расчищать дорогу. За ней шло основное ядро легионов с небольшим вещевым обозом. Римляне передвигались ночью, безоблачное небо и яркие звезды позволяли им без труда находить дорогу.
В ночь нападения римлян германцы отмечали праздник и пировали, поэтому атака оказалась вдвойне неожиданной. Перед рассветом часть марсийских деревень была окружена римскими войсками. Жители практически не оказывали сопротивления атакующим и были перебиты. Затем Германик разделил свою армию, создав небольшие боевые отряды, каждый из которых базировался неподалеку от одного из четырех легионов, и отправил эти отряды опустошать земли в радиусе примерно пятидесяти миль.
Римские карательные экспедиции, как правило, были очень жестокими — в 51 г. до н. э. запрет Цезаря поджигать усадьбы выглядел как нечто экстраординарное, — но эта операция Гер- маника была еще более свирепой, чем обычно. Пленных не брали и всех попадавшихся германцев убивали независимо от их пола и возраста. Обычно римляне проявляли определенное
уважение к святыням, но теперь даже святилище местной богини было сожжено дотла.17
Войска Германика не встречали серьезного сопротивления, пока их колонны не собрались вновь и не начали обратный марщ к Рейну, поскольку племенам требовалось время, чтобы собрать армию. Марсы ничего не могли сделать после бойни, учиненной римлянами, но соседние племена — бруктеры, тубанты и узипеты — собрали войско и устроили засаду там, где, по их расчетам, должны пройти римляне во время своего возвращения.
Германик узнал об их намерениях и двинулся с армией, построенной в каре. Обоз, теперь сделавшийся огромным от захваченной добычи, находился в центре, а отдельные когорты были готовы быстро развернуться в боевом порядке. Когда римляне достигли более узкого участка дороги, германцы появились из засады и ударили в тыл римлянам. Как пишет Тацит, Германик галопом подскакал к своим легионерам и крикнул, что теперь пришло время смыть позор своего недавнего мятежа. Они должны идти в атаку и превратить свой позор в славу. Стремительным натиском когорты оттеснили германцев, нанеся им тяжелые потери.
Германцы были побеждены и позволили римской колонне спокойно закончить свой марш. Римский военачальник отвел своих солдат обратно на зимние квартиры в Нижней Германии.18
<< | >>
Источник: Адриан ГОЛДСУОРТИ. Во имя Рима. 2006

Еще по теме Положение на Рейнской границе в 14 г:

  1. Приложение 19 ПОЛОЖЕНИЕ об Управлении валютных операций ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ
  2. 3. ГОСУДАРСТВЕННАЯ ГРАНИЦА
  3. Тема 5. Границы
  4. 4. Защита границы
  5. Границы
  6. Проблемы культурных границ.
  7. Южная граница.
  8. 1 Пространство и границы
  9. Границы географические и исторические.
  10. ГРАНИЦЫ ИНТЕРВЬЮ
  11. Расширение границ торговой марки и ассортимент продукции
  12. НЕЗАКОННОЕ ПЕРЕСЕЧЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГРАНИЦЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ст. 322 УК РФ).
  13. ПРОТИВОПРАВНОЕ ИЗМЕНЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГРАНИЦЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ст. 323 УК РФ).
  14. Границы доверия
  15. 2. Значение и границы эгрессии
  16. § 12. Особенности регулирования труда работников, направленных на работу за границу
  17. Способы расширения границ торговых марок
  18. Проблема границ в экологии сообществ
  19. Глобальное общество и его границы
  20. Условия труда работников, направляемых на работу в представительства Российской Федерации за границей