3.1. Теория политического нациестроительства Э. Геллнера

Труды английского социолога и философа Эрнеста Геллнера по теории нации и национализма 70—90- х годов XX в. широко используются и цитируются, его концепция «нациестроительства» поистине служит базовой основой множества теорий, особенно проповедующих «конструктивизм».
Э. Геллнер — автор, безусловно, солидный, основательный, но вместе с тем и противоречивый, часто непоследовательный в своих суждениях: на его труды ссылаются самые различные авторы, из его трудов черпают аргументы и идеи и авторы, стоящие на противоположных позициях. Обрывки его теории можно обнаружить у многих авторов, считающих его своим «духовным отцом». 48 В целом политическая теория «нациестроительства» Э. Геллнера вполне самобытная, оригинальная, содержит в себе и черты «модернизма», и черты «примордиализма», т.е. объективности, историчности и эт-ничности, а также социально-экономического детерминизма — материалистического понимания нации. Нации — продукт Э.Геллнер начинает изложение основ деятельности государства своей теории с того, что нации имеют политическое происхождение, т.е. этносы превращаются в нации не просто в результате саморазвития на собственной основе, а в результате политического действия, т.е. являются продуктами деятельности государства. Власть формирует и создает политические интересы, а политические группы — программы и средства строительства нации, используя при этом определенные культурные, этнические, лингвистические и т.д. предпосылки. Особую роль в «на-циесоздании» играет историческая наука, которая создает легенду о происхождении нации, используя различные этнические символы и мифы. «Фактически нации, как и государства, — всего лишь случайность, а не всеобщая необходимость», — пишет Э. Геллнер [5, с. 34]. Нации не имеют ни экономических, ни языковых, ни психологических характеристик, обладают лишь политико-правовыми признаками. «Группа людей... становится нацией, если и когда члены этой группы твердо признают определенные общие права и обязанности по отношению друг к другу» [5, с. 35]. Нации, таким образом, являются не необходимо складывающимися сообществами людей, на основе твердых культурно-психологических факторов, а случайностью игры политических сил. Они — «продукты человеческих убеждений, пристрастий и наклонностей» [6, с. 65]. Вместо реально осязаемых, эмпирически доступных и характерных для всех наций признаков и черт предлагаются теоретические конструкции, сложенные из эмоциональных и трудноосязаемых «блоков»: сопричастности и солидарности; общего наследия и добровольной идентификации; свободного выбора и разделяемого противопоставления. Реальные Э. Геллнер сам видел реальное внутрен- и потенциальные нации нее противоречие своей концепции: в современном мире количество наций и количество государств не совпадают, огромное количество наций не имеют своих государств. Но он находит выход в том, что делит нации на реальные и потенциальные. Лишь первые имеют свою государственность, а потенциальные нации так и остаются таковыми потому, что они основаны на дикой и низкой культуре. Каждая высокая культура порождает национализм и хочет иметь собственное государство. Не все дикие культуры могут перерасти в высокие культуры, и те из них, которые не имеют серьезных оснований на это надеяться, обычно устраняются без всякой борьбы; они не порождают национализма [5, с. 118—119]. 49 Можно подумать, что Э. Геллнер имеет в виду культуру некоторых африканских племен или малых народов Азии. Нет, они вообще не входят в понятие «потенциальных наций». Он имеет в виду прежде всего Европу, те народы, которые оказались в рамках существующих национальных государств: шотландцев, фламандцев, уэльсцев, каталонцев, басков, валлонов, корсиканцев и т.д. Это лишь «потенциальные нации», у них даже нет собственной культурной самобытности. «Языковое отличие Северной Шотландии несравненно больше, чем культурное отличие Шотландии от прочих регионов Соединенного Королевства» [5, с. 111]. Эти различия, утверждает он, такие же, как и различия между землями внутри Германии и Италии, югом и севером России. То есть, это те же этнографические части англичан, французов, кастильцев и т.д., фатально обреченные на постепенное растворение и исчезновение. слабости и противоречия Первый же взгляд на Европу показывает, теории Э. Геллнера что реальное существование и развитие десятка таких национально-этнических общностей происходило без каких бы то ни было орудий «нациестроителъ-ства» и вопреки государственной политике ассимиляторства. Формы национальной государственности фламандцев и валлонов, каталонцев, басков и т.д. строятся на наших глазах благодаря их реальному существованию, их борьбе за самостоятельное, «нормальное» развитие. Тем самым только сейчас завершается процесс становления целостной системы национальных государств в Европе. Каждый народ будет представлен своей особой формой государственности. Таковы логика и последовательность исторического процесса, тенденция всяких национальных движений.
Их обнаружили и обосновали классики социологии — М. Вебер, Э. Дюркгейм, Ф. Энгельс и др. Сжато и образно их выразил Н. Бердяев: Всякая нация по здравому инстинкту своему стремится к максимуму силы и цветения, к раскрытию себя в истории... Дух нации противится пожиранию прошлого настоящим, нация всегда стремится к нетленности, к победе над смертью. И далее: ...всякая нация стремится образовать свое государство, укрепить и усилить его. Это есть здравый инстинкт нации. Государственное б ы-тие есть нормальное бытие нации. Потеря нацией своего государства, своей самостоятельности и суверенности есть великое несчастие, тяжелая болезнь, калечащая душу нации [3, с. 96— 97,102]. Э. Геллнер не мог не видеть роста и развития этих процессов в Европе и в мире в целом, он, видимо, чувствовал уязвимость самих теоретико-методологических основ своей концепции «нациестроительства». И он находит выход в том, что, рассматривая весь исторический процесс возникновения государства, заключает, что государство вообще старше нации, оно родилось еще на Древнем Востоке, в античную 50 эпоху и имеет историю в несколько тысяч лет, в то время как нация — феномен только Нового времени. Он оперирует абстрактными понятиями, говорит о государстве вообще, оставляя в стороне вопрос громадного значения — о формах и исторически конкретных типах государства. А это важно, ибо его концепция «нациестроительства» сопряжена не с государством вообще, а с его исторически конкретной формой — национальным государством, возникшим в ходе и путем ликвидации феодального партикуляризма и политической раздробленности в Европе в XVI—XVII вв. Ему предшествовали сложные социальные процессы роста городов, формирования буржуазной предпринимательской деятельности, роста торговли и товарно-денежных отношений, ликвидации местных рынков, разграничения населения Европы по языковому признаку и т.д., т.е. консолидации национально-этнических общностей. Теоретически неоспоримо положение о том, что нигде и никогда не возникает государство, пока социокультурные процессы и потребности агломераций новых, более широких общностей людей в ходе социальной стратификации и интеграции не сделают его необходимым. Еще Льюис Морган на огромном эмпирическом материале показал, как разложение родовых отношений и формирование территориальных общностей сделали необходимым появление государства. Э. Дюркгейм убедительно показал, что разложение сегментарных обществ, увеличение объема, возрастание моральной плотности общества, символизируемое возрастанием его материальной плотности, приводят не только к прогрессу разделения труда, но и институционали-зации моральных и правовых норм. Эти процессы порождают солидарность внутри общности, если они создают право и мораль, т.е. институты, основы государственности как необходимое условие прогресса данной общности. Нигде в Европе национальные (многонациональные) государства не складывались до формирования их субъектов. Подъем национального самосознания немцев уже в ходе свержения наполеоновской империи, национально-освободительная борьба итальянцев во времена Мад-зини и Гарибальди свидетельствуют лишь о том, что по конкретным историческим причинам разрыв между формированием наций, ростом их самосознания и появлением соответствующих государств оказался более протяженным во времени, чем в Нидерландах, Франции, Англии, Швеции и т.д. Государства национальностей Австрии и России так и не сумели ни германизировать, ни русифицировать население, т.е. осуществить «нациестроительство», растворить «низкие культуры» венгров, чехов, словаков, поляков, финнов, грузин, татар и т.д. Э. Геллнер как основатель концепции «нациестроительства» сам не делал далеко идущих обобщений и заключений в духе теоретиков постмодернизма, но он стал одним из авторов, на которых особенно 51 часто ссылались и ссылаются теоретики из школ «релятивизма» и «инструментализма», используя именно слабости и противоречивости его теории. Однако именно Геллнер обосновал историчность нации, показав, из какого материала государство и его политика строят нацию. Э. Геллнер показал решающую роль способа производства и индустриализма, индустриализации, рынка и рыночной экономики, которые и объединили «хозяйственную территорию» в рамках этничной родины и дали в руки государства мощные рычаги «нациестроительства». Вообще идея объективности становления нации доминирует во всех его трудах. Нация, пишет он, «есть следствие индустриализма, способа производства, возникшего и распространившегося именно в этот период». «Новый общественный порядок, — продолжает он, — не предлагал замыкания в маленьких сообществах». Самым решающим фактором в становлении наций он считал, наряду с индустриализмом, культуру, культурные различия, «определяющие и порождающие современные нации» [5, с. 19].
<< | >>
Источник: Мнацаканян М.О.. Нации и национализм. Социология и психология национальной жизни: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА. — 367 с.. 2004

Еще по теме 3.1. Теория политического нациестроительства Э. Геллнера:

  1. 11.4. Политическая теория национализма. Дж. Бройи
  2. Эрнест Геллнер: от «Аграрии» к «Индустрии»
  3. Теория политического конфликта
  4. 11.2. «Конструктивистская» интерпретация национализма. Э. Геллнер
  5. 9.1. Теория МГО как средство политической борьбы
  6. Вопрос 44 ЧТО ТАКОЕ «ТЕОРИЯ X» И «ТЕОРИЯ У» Д. МАК-ГРЕГОРА?
  7. СИСТЕМНАЯ ТЕОРИЯ И ТЕОРИЯ РАЦИОНАЛЬНОГО ВЫБОРА
  8. РАЗДЕЛ 4. Структурно-функциональная организация и типология политических систем и политических режимов
  9. Тема 1.4. Основные признаки политической (государственной) власти. Политическое господство и легитимность
  10. 6.6. Теория ожиданий и теория справедливости
  11. 3 Изменения в политической системе в конце XIX - начале XX в.в. Политические партии и развитие избирательного права
  12. § 20—21. Политическое сознание и политическое поведение
  13. §15. Политическая система и политический режим