14.4. Жажда вольности и анархизм в психологии и национальном сознании русских

Проблема анархизма в России — не новая проблема, она еще в конце XIX, начале XX века занимала важное место в идейной и общественно-политической жизни нашей страны. Н. Бердяев, Н. Лосский и др., как мы показали, считали анархизм важной чертой русского национального характера.
Сейчас научный интерес к проблеме вновь обострился, и появились различные подходы и точки зрения на ее содержание и своеобразие. Стремление к воле, не считающейся с правилами и ограничениями. Концепция В.Г. Федотовой Так, В.Г. Федотова смотрит на проблему анархизма широко, в контексте общемировых процессов глобализации, постмодернистских метаморфоз роли государства и системы международных отношений и ищет в связи с этим и в свете этого закономерности и общие тенденции в бурных процессах проявления анархических тенденций и свойств в России. В суждениях автора постоянно присутствует мысль о том, что сила и своеобразие проявления анархических тенденций связаны с государством, с его состоянием и отношением к населению. Анархизм в России, как и анархизм вообще, — это стремление не к свободе, тем более — к демократии, а к воле, не считающейся с правилами и ограничениями. И население поддерживает и будет поддерживать государственную власть, способную дать такую волю [21, с. 15—16]. В.Г. Федотова имеет в виду не столько ситуативные, связанные с действиями миллионов людей в условиях «дикого рынка» стихийные всплески анархической вольности, что вообще свойст- 326 венно человеческой природе, а конкретные выражения тех архети-пических структур сознания русского человека, которые всякий раз при столкновении с государством способствуют переходу к анархической самопомощи за пределами социальных структур. Воля в виде анархических устремлений вместо свободы как противоположный полюс долготерпения, — пишет она, — является характерной чертой российского сознания, снискавшей русским как дурную, так и добрую славу. Дурную — за неспособность к жизнеустройству, добрую — за широту, удаль, за целый мир русской культуры. Очень часто в годину несчастий воля (вместо свободы) направлялась на в ы-живание, на самопомощь, и выжить, помочь себе удавалось. В этом сказывалась витальность русских, их жизненная сила [21, с. 32]. Анархизм и государство Признавая реальное существование в русском национальном характере и сознании неких архетипов анархизма, В.Г.
Федотова показывает также и факторы и условия, в которых они бурно расцветают, выйдя за пределы социальных структур. И наоборот, в мировых отношениях, как и в национальных рамках, разумеется, и в России, состояние и характер анархии зависят от роли и характера развития государства. Там, где государство не является самодовлеющим, институционализация и демократизация создают твердые правила и нормы социального взаимодействия при сохранении твердых нравственных устоев и структур идентичности, — анархизм теряет необходимое для действия социальное пространство. Анархизм и анархические структуры менталитета — весьма опасные для России явления с точки зрения будущности страны. Во-первых, потому, что они не являются ни современными, ни демократическими, отбрасывают страну в раннефеодальную междоусобицу, борьбу кланов. Во- вторых, существуя достаточно долго и по-своему стабильно, анархические практики начинают представлять силу, противостоящую позитивным изменениям. Сами они не осуществляют «социальное конструирование мира» и сдерживают его практическое осуществление на уровне естественного состояния. Таким образом, анархизм, бунт против правил и порядка, будучи всемирными явлениями, в России получают мощные импульсы: (7) в условиях затяжной аномии социальных структур и нравственных устоев при господстве авантюристического капитала и дикого рынка, криминальных структур; (2) когда государство становится откровенно враждебным народным интересам, олицетворяя антисоциальность и несправедливость. Анархизм, пишет В.Г. Федотова, «предстает как форма достижения непосредственной справедливости в обществе, где государство рассматривается как всегдашний источник несправедливости» [21, с. 4]; (3) у анархизма в России действительно глубокие и своеобразные корни, его тенденции «складываются снизу, соответствуют многовековому опыту перехода населения от безропотного под- 327 чинения государству к бунту против него, к отрицанию всякой государственности» [22, с. 4]. У анархизма в России сложные взаимоотношения с государством. Эта сложность заключается в том, что анархизм как свойство психологии и национального характера русских находится в определенных отношениях с другими устойчивыми свойствами и чертами характера и сознания русских, прежде всего с этатизмом, державностью.
<< | >>
Источник: Мнацаканян М.О.. Нации и национализм. Социология и психология национальной жизни: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА. — 367 с.. 2004

Еще по теме 14.4. Жажда вольности и анархизм в психологии и национальном сознании русских:

  1. 14.5. Этатизм и анархизм как взаимосвязанные свойства национального характера и сознания русских
  2. II Национальная психология и национальное сознание
  3. Раздел третий РАЗВИТИЕ ПСИХОЛОГИИ КАК НАУКИ О СОЗНАНИИ В ПЕРИОД ДО ФОРМИРОВАНИЯ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ
  4. 9.1. Психология индивида и психология национальной общности
  5. Глава У НАЦИОНАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ И НАЦИОНАЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР
  6. Должное и Сущее в русском традиционном сознании
  7. Глава 10 НАЦИОНАЛЬНОЕ СОЗНАНИЕ, САМОСОЗНАНИЕ И ИДЕОЛОГИЯ
  8. Глава 6. СОЦИАЛЬНАЯ МОБИЛЬНОСТЬ И НАЦИОНАЛЬНАЯ ВАРИАТИВНОСТЬ В ПОЛИТИЧЕСКОМ СОЗНАНИИ
  9. 14.3. Менталитет и национальный характер русских
  10. Раздел второй РАЗВИТИЕ ПСИХОЛОГИИ В РАМКАХ ФИЛОСОФСКИХ УЧЕНИЙ О СОЗНАНИИ
  11. 8.3. «Тайна» происхождения национальной психологии в интерпретации 3. Фрейда
  12. Система национальных государств и русский вопрос
  13. 16.2. Ислам в психологии и национальном самосознании современных татар
  14. 14.2. История этногенеза и развития русских как национальной общности
  15. «Национальная проблема» в русском большевизме: расшифровка и прпиехпждение термина «наципнальнпсть»
  16. ГЛАВА 14 РУССКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ОБЩНОСТЬ: ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ И ХАРАКТЕР НАРОДА
  17. Глава 1.6 «Русская душа» как особое состояние массовой психологии: между Западом и Востоком
  18. Великая хартия вольностей